– Так вот, ты ушла, а Северская ударила Макушеву по лицу, да так, что родители Макушевой сходили к знакомому травматологу, и тот состряпал заключение о нанесении телесных повреждений! Никаких повреждений, конечно, не осталось, но родители готовы к бою! Ведь мать Макушевой председательствует в родкомитете и теперь будет скандалить до последнего!
– И за что Северская ее так? – изумилась я.
– Ой, да эта Северская – очень сложный ребенок! Матери нет, воспитывает отец, а его дома никогда не бывает… В общем, сегодня на родительском собрании в пятом «Г» грядет шумный скандал.
Тебе придется туда пойти, потому что боюсь, как бы родители не затеяли что-то похлеще разборок на уровне школы!
– Так Северская неблагополучная, что ли? – пытаясь вспомнить, кто из тридцати пятиклашек был Северской, уточнила я. – Почему на учете не стоит? У меня все неблагополучные учтены. Такой фамилии я не слышала.
– Неблагополучная?! Она?! Ах-ах-ах! – Нина шумно хлопнула в ладоши. – Ты бы видела ее папашу! Классная руководитель пятого «Г», Валентина Васильевна, сказала, ей такие мужики только на обложках женских романов попадались! Глазищи голубые, фигура – закачаешься! Еще и бизнесом занимается! Из тех… как их… бизнесменов-миллионеров! Денег куры не клюют!
– Что, в нашем городишке водятся такие мужчины? – развеселилась я.
– Представь себе – да! Валентина Васильевна с утра валерьянку вместо чая литрами пьет! Она же у нас идет на конкурс «Учитель года», а тут такое происшествие! Даже представить себе не могу, что этот бизнесмен-миллионер может учудить на собрании! Это тебе не Юрий Семенович!
Я улыбнулась: Юрий Семенович, наш учитель истории, в школе считался самым видным мужчиной.
Лет ему было уже под сорок, но он был из той гвардии, которая с годами становится только краше. По праздникам Юрий Семенович сочинял стихи для директрисы, читал их со сцены в актовом зале, и Екатерина Фёдоровна в нем души не чаяла. На работу Юрий Семенович, правда, круглый год ездил на велосипеде, но этот факт никак не влиял на его репутацию.
С гордым видом Семенович пристегивал велосипед замком на заднем крыльце школы и бодрой походкой шел здороваться с физруком. Физрук Артемий Игнатьевич Юрию Семеновичу проигрывал, хоть и был атлетически сложен и владел не каким-то велосипедом, а отличной иномаркой от корейского автопрома. Но он не обладал смазливой внешностью и печальной тоской в глазах, которая так характерна поэтам и которую так любят дамы, а еще физрук не писал стихов. Хотя с Семеновичем дружил.
