Ворон выругался, завёл меня за спину и вступил в бой с командором. Да, Гельвету важно было оставить меня пленницей, не дать Акорну добраться до меня. Но сидеть и ждать, помогая врагу, я не собиралась. Я попятилась, а потом по широкой дуге стала обходить рьяно дерущихся Акорна и Гельвета.
Почти получилось. В двери храма и в окна, разбивая стёкла, влетели птицы. Много чёрных птиц нацелились на меня. Вороны? Испугавшись, я присела и закрыла голову руками.
— Люмина! — обеспокоенно крикнул Акорн.
Когти царапали кожу, дёргали волосы, крылья задевали руки и плечи.
Но меня больше беспокоило то, что я не знала, что происходит. Кто побеждает? Не напали ли вороны на Акорна тоже? Шум от птиц не давал понять, глушил все звуки. Глаза я тоже не могла открыть, потому что не рисковала поднимать голову.
Но вдруг всё стало тише, а потом меня перестали царапать и клевать. Вороны разлетелись так же быстро и неожиданно, как прилетели. Я открыла глаза и увидела, что в пустом храме остались только мы с Акорном. Гельвета нет.
Командор сгрёб меня в объятия и крепко прижал.
— Сильно испугалась? — хрипло сказал он. — Скорее, исцели себя.
Я послушалась Акорна и, отстранившись, приложила руки к голове. В ладонях привычно возникло напряжение и тепло. Но смутное чувство заставляло продолжать беспокоиться.
— Где Гельвет? Куда он пропал? — подняла я взгляд на Акорна. — Он же не забрал камень?
— Камень снаружи. На Гельвета плевать. Он, как обычно, сбежал, — командор подхватил меня на руки. — Ты важнее.
Меня окутало запахом полыни и чего-то древесного.
И беспокойство отпустило. Не полностью, но я почувствовала себя под защитой. Мы справимся.
У выхода из храма Акорн опустил меня на пол, чтобы сперва выглянуть и проверить, что там, снаружи. Кивнул мне, что там безопасно, взял за руку. Мы вышли вместе.
И там действительно было безопасно, бой кончился. Но не так, как я ожидала. На вымощенной дорожке к храму лежали поверженные противники, а Росс склонился над раненым и истекающим кровью товарищем.
— Грицеус! — я кинулась к мужчине, с которым практически не общалась и имя которого запомнила лишь недавно.
Но сейчас мне очень хотелось, чтобы он выжил.
Не задумываясь, я сразу применила исцеление. Ладони аж обожгло. Я принялась водить им над телом Грицеуса в тех местах, где одежда была испачкана кровью. Он был в сознании, но закрыл глаза и сильно сцепил зубы, терпя боль. Его напряжённое тело немного расслабилось, и это дало мне надежду, что всё получится.
— Командор.
