Командор тоже достал свой, а я сильнее вцепилась в луку седла. Как только мы проехали такой же, как в начале тропы, плоский камень с рунами, на нас обрушилось множество звуков. И чёрных, страшных тварей, которые словно ждали нас.
Я зажмурилась от страха, замерла и долго не решалась открыть глаза. Но поняла, что звуки сражения пугают страшнее, заставляя содрогаться от каждого близкого рыка или удара. Когда открыла глаза, увидела, что Акорн и несколько воинов из сопровождения держат, видимо, магический щит. Рядом с невидимой зоной твари замедлялись, не все могли прорваться через неё, большинство крутилось у незримой границы, рычало, выло, не могло пройти.
И это помогало всем продвигаться вперёд, к белым ступеням, выложенным прямо в камне.
Я хотела помочь сражению и использовать силу ветра, но Акорн остановил меня. Так что всё, что мне оставалось — наблюдать и стараться не поддаваться страху.
Наконец, мы оказались на ступенях. Тобольд кинулся к одному из камней и зажёг его своей силой. С того места, где начиналась первая ступенька, начиналась и безопасная зона.
Я с облегчением вздохнула."
"— Если хочешь помочь, то можно сейчас. У нас есть раненые, — поделился командор.
Я кивнула. Раз могу, то надо помочь. Все эти люди сражались с тварями, обеспечивая относительно мирную жизнь в Фанфире. И косвенно — в стране Люмины тоже.
Дальше все мои действия слились в одну серую полосу. Акорн быстро организовал лагерь. Часть воинов обстреливало из безопасной зоны тварей, чтобы сократить их число.
Тобольд с помощниками усиливали защиту. А я в отведённом для лечения месте переходила от одного раненого к другому. Их оказалось не так уж и много.
Когда я закончила, Акорн уже стоял рядом.
— Ты же понимаешь, что идёшь со мной? После всего я просто тебя не отпущу.
Я посмотрела на лестницу, уходившую ввысь и вдаль на довольно приличное расстояние. Тяжко вздохнула и кивнула.
— Если устанешь, скажи, — Акорн заботливо коснулся моего плеча, а потом повернулся и приказал всем. — Взвод! Слушать Коруна.
Со мной идут Росс, Грицеус и первый отряд. Поднимаемся.
— А я? — вперёд шагнул Тобольд.
— А ты остаёшься. Осмотри раненых, — приказал Акорн.
Взгляд Тобольда с удивлённого сменился на обижено-гневный.
— Их осматривать три минуты. Могу я узнать, почему вы на самом деле оставляете меня? — сдерживая эмоции, сказал он.
— Можешь. Ты ведёшь себя странно, — Акорн твёрдо смотрел в глаза Тобольду.
Я переводила взгляд с одного мужчины на другого.
