Дэм возмущенно посмотрел, ускорился, с улыбкой убегая от надвигающейся угрозы в виде меня. Не смешно! Чему он радуется?! Догоню — убью! Собственноручно!
Несколько минут, я все больше кипя, гонялась за ним по всей спальне. Все это время остальные мужья перешептывались со смешками, делали ставки, подбадривающе улюлюкали.
— Осторожней! — предостережение Рея запоздало, я споткнулась, запутавшись в сбившемся ковре, потеряла равновесие и упала бы, если бы руки Дэмриана не подхватили меня, прижимая к груди.
— Не трогай меня! — вскричала, вырываясь из сильных рук.
Дернулась, отстраняясь и со всей дури замахнулась, чтобы врезав в его каменную грудь, стереть эту самодовольную усмешку.
— Ударишься! — перехватил мои кулаки в миллиметре от своего тела Дэм, нежно поцеловал костяшки пальцев, успокаивающе погладил по голове.
Высвободилась из объятий. Терпеть не могу, когда трогают волосы!
Отступила на шаг. Негодование и адреналин от погони как-то разом покинули тело, ноги подкосились, и я бы рухнула, если бы не перехвативший меня Рей.
— Набегалась? — спросил он, поднимая на руки.
Сил отвечать не было, и я просто прижалась к рокочущей груди, устало прикрыв глаза.
— Никогда не стоит спешить с выводами, малышка, — нравоучительно проговорил дракон, устраивая меня на своих коленях.
Возразить на эту тираду сил просто не было, поэтому я, помолчав немного, спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Что будет, если демон еще раз вырвется? Я второго такого разговора точно не перенесу.
— Не вырвется. Я сегодня же вернусь домой за ограничивающими браслетами, — пообещал Дэмриан.
— А такие разве бывают?
— Бывают. Когда у Дэви проснулась вторая ипостась, пришлось обзавестись парочкой. Иначе от замка камня на камня не осталось бы. Силы у его второй сущности немеряно. Даже больше, чем у Бриана, — исполненный отцовской гордости, заявил демон.
— А Сардж? — спросила я дракона.
— Что Сардж? Спрятался, как провинившийся котенок все еще в шоке, что ты его слышишь, — Рей уселся за стол, не отпуская меня с рук.
— Тебе нужно подкрепиться.
Есть не хотелось, аппетита не было. Настроение так и не вернулось, уступив место опустошенности и апатии.
— Не хочу, — призналась, следя за тем, как на пустой тарелке вырастает гора еды, подкладываемая с четырех сторон. — Лучше расскажите, как вы спаслись сами и меня спасли?
— Только при условии, что ты будешь послушно открывать рот и жевать, — огласил ультиматум Рон.
