Мне нельзя было попасться воякам на глаза, иначе меня мигом вернут домой и сдадут дражайшей ""бабушке"". И тогда, я убеждена, меня будут стеречь, как дракон своё золото и сбежать уже не получится. Это мой единственный шанс. Они думают, что малютка Дженни трусишка, что у неё не хватит духа отправиться из отчего дома в мир, полный опасностей.
Спрятавшись за густым, выше меня ростом, кустом, замерла. Нужно дождаться караульных, и только потом идти к забору.
Ждать часовых пришлось долго: как бы не все полчаса.
Тело затекло, плечи онемели, хотелось пошевелиться, чтобы разогнать по жилам кровь, и я уже собралась было скинуть поклажу на землю и присесть, как услышала отдалённые голоса, а затем и приглушённые травой шаги.
Пришлось буквально заставить себя не шевелиться.
– Как думаешь, нашего капитана погонят после смерти графа? Ежели так, то, возможно, присмотрятся к кому-то из нас? – низкий с хрипотцой голос был воодушевлён открывающимися перспективами. – Я служил верой и правдой роду ла Асолье и заслужил повышение!
– Так же, как и я, – фыркнул другой мужчина, в его тоне явственно слышалось раздражение.
– А ещё графиня обещала повышение платы за верность лично ей, – молвил он, – леди Луиза такая красивая, – мечтательно добавил вояка, – говорят, вдовушки любят покувыркаться с бравыми солдатами на сеновале. А я смотри какой: всем хорош! И высок, и строен, и поговорить могу о чём угодно. Ну и любовник из меня хоть куда!
Я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть.
Караульные прошли мимо, а мне подумалось, что даже они, простые стражники, рассчитывают что-то получить от смерти моего дедушки.
И наверное, нет смысла осуждать их за простые человеческие желания.
Оглядевшись ещё раз, прислушалась снова и, не уловив подозрительных звуков, рванула вперёд: мне нужно было пробежать метров тридцать практически по чистому полю и скрыться в тени ограды.
И в эту самую минуту меня было бы прекрасно видно из окон особняка, кабы не набежавшие к этому времени на небо кучевые облака, которые буквально спасли меня от возможного обнаружения.
Добравшись до стены забора, прижалась к ней и, испуганно вращая глазами, постаралась унять бешено стучащее сердце. Боже, за что мне всё это?!
Откинуть тяжёлый засов оказалось самым простым из всего, что я испытала за последний час.
И вот я наконец-то стою за пределами дома. Мой путь лежал в сторону города. Особняк деда был построен не в населённом пункте, а в часе езды от него.
