Потому что сама вообще ни разу не смелая.
Я не успела сказать что-то в ответ, как за ее спиной показался Рэй. Он положил свою ладонь, которая по сравнению с ладошкой девушки казалась громадной, на ее плечо и поцеловал свою возлюбленную в щеку, на что та хихикнула.
– Привет, Рэй, – сказала она.
– Привет, любовь всей моей жизни. – Затем он повернулся ко мне, легко улыбнулся и добавил: – И тебе привет, Ламия. Как дела?
– Неплохо. Если не считать последние события.
Я говорила разом и о случившемся в кабинете, и о позоре с волосами.
Парочка переглянулась, и я поняла, что они ничего не слышали о том, что устроил Честер. Меня это даже удивило, но стоило вспомнить, кем этот урод в школе себя считает и какое место занимает среди других школьников, я поняла, что ему ничего не стоило пригрозить всем, чтобы молчали. Хотя может быть и второй и даже третий вариант – пока никто не успел распустить сплетни или сплетни еще не распространились до каждого.
– А что произошло? – спросила Руби.
Мне пришлось дать себе целых пять секунд, чтобы поразмыслить о том, стоит ли рассказывать о случившемся или лучше оставить эти унижения глубоко внутри.
– Я… Мне не хочется об этом говорить, – сказала я наконец.
У них на лицах показалось волнение, но выпытывать у меня признания они не стали. И я была этому рада. Так или иначе они сами могут обо всем узнать, если Честер не прибегал к угрозам.
– Ладно… – вздохнул Рэй и затем сменил тему. – Руби уже пригласила тебя?
– Да, – кивнула я.
– И? Ты придешь?
Меня немного удивила его заинтересованность, так как до этой секунды я думала, что инициативу проявляла лишь его девушка.
– Не знаю, – выдала я после недолгих раздумий очень неуверенно. – Может быть…
– Давай, Ламия! – взмолилась Руби. – Обещаю, никто из приглашенных не будет смотреть на тебя косо.
– Да, если ты боишься этого… – добавил Рэй.
– Можешь не волноваться.
Мне многое хотелось им сказать. Сперва поблагодарить, конечно, а потом высказать то, что чувствую, когда кто-то с таким уважением ко мне относится. Я бы сказала, как это необычно и приятно, особенно потому, что сталкивалась с этим гораздо реже, чем обычные люди. Но не хотелось выставлять себя в еще более унизительном и жалком свете, чем было на самом деле.
Кроме того, я все еще не была уверена.
