Мне хотелось крикнуть ему, чтобы перестал, потому что родители не слепые и все прекрасно видят. Страшно было даже подумать, что они заметят, как взгляд парня постоянно стреляет в мою сторону.
– До этого самого дня я никогда не задумывался о существовании или не существовании бога, – начал он. – Знаете, как это бывает? Просто живешь, ни о чем не думаешь. Тусуешься, болтаешься с друзьями, прогуливаешь уроки. В общем, я не самый правильный подросток.
Папа понимающе кивнул, взглянув на маму с улыбкой. Она тоже не выказывала протеста, хотя я едва могла представить ее прогуливающей уроки или тусующейся с друзьями.
– Мы все с одной земли, Элиас, – сказала она. – У всех свои мысли, свои права на рассуждения о тех или иных выборах. Одни выбирают жить в неведении, другие ищут ответы. Я родилась в мусульманской семье, но этого мне было мало. Хотелось знать об исламе больше, а не следовать указаниям по наставлению родителей. – Мама сделала небольшую паузу, будто дав нам всем возможность понять чувства, которые она испытывала.
Сейчас, сидя за одним с ней столом, я испытала немного другое чувство: удивление. Мне никогда не приходилось сомневаться в том, что она с самого рождения была уверена в своей религии. А сегодня я вдруг узнаю, что все было не совсем так. – У тебя, Элиас, тоже есть выбор.
Парень кивнул, соглашаясь, но с лица не сошло крайне задумчивое выражение, говорившее о том, что в голове у него наверняка витал миллион мыслей.
– А вот я оказался в ситуации еще более непростой, – вдруг сказал папа и хихикнул.
– Было бы интересно послушать, мистер Уайт, – произнес Элиас и отложил вилку. – Я страсть как люблю веселые истории. А, судя по выражению вашего лица, у вас припасено что-то прикольное.
– О да. Но я бы не сказал, что история исключительно веселая или забавная. Скорее, это невероятное стечение обстоятельств.
Я сразу поняла, о чем пойдет речь, и подготовилась внимательно его слушать, потому что всегда любила папины истории."
"Сотни раз, наверное, я слышала рассказ о том, как они встретились с мамой, но каждый раз он пробирал меня до мурашек.
Вот и сейчас я была готова ими покрываться.
– В общем, тогда я был еще совсем неряшливым студентом известного университета Чикаго. Учился, конечно, хорошо, но не был популярен как парень, если ты понимаешь, о чем я. – Папа снова хихикнул, его смешок поддержал и Элиас. – В нашем университете училось много иностранцев. Люди с самых разных уголков планеты. И я не особо, если честно, им доверял.
