– Я что-то могу сделать? – Горыня внимательно обвёл взглядом всех пятерых.
– А что тут сделаешь? – Анна качнула головой. – Пять кругов Макоши в Центральном войске, ещё три в Северном. Да сильнейшие боевые волхвы тоже там. Мы здесь только из-за тебя.
– Как-то подпитать вас можно? – Горыня зацепил кончиками пальцев кувшин, понюхав горлышко, понял, что там не вино, налил себе в кубок.
– Источник далеко. Не набегаешься. – Любава тоже налила себе ягодного взвара и прилегла на лавку.
Да и нельзя так часто набирать силу. Грязь в теле скапливается, а выходит она долго…
– Горыня, беда. – Ворвавшийся в шатёр Дубыня, не утруждая себя этикетом, подхватил стоявший у входа автомат и кинул его побратиму. – Колдуны кромешных тварей поднимают.
– Ну, козлы! – Горыня одним движением допил свой бокал и выскочил из шатра, подхватив автомат. – Лутоня! Уводи их в тыл! Дубыня, послал тревогу пушкарям?
– Так сразу и подняли. – Степенно кивнул богатырь. – Но минут десять у нас есть.
По одному пускать не будут. Собьют в стадо, а после – погонят на нас.
На батарею, что находилась на вершине горы Инкерман, Горыня поднялся одновременно с приходом туда десятка боевых волхвов, собиравшихся установить защитный барьер для тварей. Дав команду помочь, если что им понадобится, сам Горыня занял место у НП артиллеристов.
– Что, Виктор Игнатьич, готовы пострелять?
– Так вон уже и за довеском к боекомплекту послали, – спокойно отозвался командир артдивизиона капитан Рощин.
– Думаю, как бы не сшибли нас отсюда. Место вон какое. Весь город как на ладони. Хотя ежели не обойдут, то продержимся.
– Я приказал подтянуть ещё одну батарею двенадцатилинейных, – отозвался Горыня. Так что удержимся. Главное, пусть ведуны не зевают.
В это время над позициями союзных войск начало вставать огненное зарево, ярко осветившее нейтральную полосу, и в багровом сиянии стала видна накатывающая на русские позиции сплошная серая волна.
– Отметка восемь, осколочными. Десять. Огонь! – мгновенно отреагировал Рощин, и два десятка семидесятишестимиллиметровок с грохотом стали посылать снаряд за снарядом в орду кромешных созданий.
Каждый взрыв разносил в клочья всё, что попадало в круг десяти метров, высоко поднимая фонтаны из камней и грунта. Прорывались через стену огня совсем немногие, которых брали на прицел пушки калибром поменьше.