Мама расплакалась, обнимая меня, и пообещала скоро приехать навестить. «Взрослая жизнь» наступила неожиданно и ударила по голове, как обухом. Но, возможно, одиночество призвано вылечить меня?.."
"Я снова пришла, в теперь уже бывшую, родительскую комнату и заглянула в окно. Пейзаж не изменился, но я отвернулась от ярких красок моря и попыталась отыскать умиротворение в простоте окружавшей меня обстановки. На выскобленном деревянном столе стояла глиняная миска с персиками, на одном из окон в солнечных лучах купался горшок с геранью.
Оконные рамы, ставни и двери были выкрашены лазурным цветом в тон морю, а белая штукатурка толстых стен была такой свежей и чистой, словно ее только что обновили. У меня возникло чувство, что я неожиданно оказалась в мире, где существуют всего три цвета — тусклые серо-коричневые тона холмов, ослепительная белизна стен и неба и насыщенный голубой цвет моря, ставней и дверей. И в этот момент завтрак попросился обратно. Не первый день я замечала за собой эту странность, но списывала на стресс, на перемену воды, на обилием фруктов… а сейчас, в эту минуту меня прошила непрошенная догадка.
Я не могла оставаться в доме, я распахнула окно шире и села на подоконник, свесив ноги. До земли было так близко, что я не задумываясь, прыгнула. Мои подошвы обожгла боль, но я, не обращая на нее внимания, бросилась бежать, словно перепуганный заяц. Вперёд, только вперёд, к морю, на пустынный пляж…
Добежав, я огляделась. Все, как я хотела — только золотистый песок, всезнающее море, вспенившееся у моих ног, и я, наедине со своими мыслями.
Вернее, я — не одна, а нас теперь двое. Здесь оказалось так необыкновенно тихо, что мне показалось, будто я попала на край света. Если пойти в нужном направлении, можно, наверное, упасть с этого края. И тут меня затошнило и голова закружилась. Так продолжалось уже довольно долгое время, и до меня наконец дошло.
— О, небо! — Прошептала я. — У меня будет ребенок. От Дэма…
Глава 121
Перед глазами встала та декабрьская ночь.
Нарезка, рваные кадры — вот я гоню изо всех сил, путаюсь в картах, еду, чтобы найти тот охотничий домик, где затворник Дэм писал движок для игры. Вот я стою, полуодетая, злая, соблазнительно изогнувшись, возле спинки дивана, игнорируя непонятные нотки в его хриплом голосе и искорки в глазах. Это было как изощренное издевательство, но он устоял. Оттолкнул… отодвинул на самый край дивана…
А вот другой кадр сменяет предыдущий.
