Больше она мне помогать не собирается, а значит и действовать ей на нервы смысла не имеет. Я отхожу в сторону и делаю то, на что никак не могла решиться вчера: набираю номер Булата. Знаю, что мы расстались плохо, но ведь сейчас другие обстоятельства. Я совсем не претендую на возобновление отношений, просто хочу знать, что у него все хорошо.
Спустя мгновение моя рука с зажатым телефоном безвольно повисает вдоль тела. Номер недоступен. Закусив щеку, я разглядываю пол. Должен быть шанс. Когда ты чего-то так сильно хочешь, он просто обязан быть.
Невидимые нити заставляют меня поднять голову, и в ту же секунду внутри остро екает. Из раскрывших дверей лифта выходит Камиль. Это и есть он. Мой шанс. Я срываюсь с места и иду ему навстречу, стараясь не пуститься в бег. Тело звенит решимостью и напряжением. Если понадобится встать перед ним на колени на глазах персонала и посетителей — я это сделаю.
— Камиль, здравствуй, — я преграждаю мужчине путь, отчего его брови удивленно взлетают. — Я знаю про аварию. И вчера сюда приезжала… Булата перевели в палату, а меня нет в списках… Мне очень нужно… Хотя бы на один раз… Телефон у него выключен.
Пожалуйста, помоги мне. Я все равно никуда не уйду. Пожалуйста…
Он секунду изучает мое искаженное мольбой лицо, после чего лезет в карман и прикладывает к уху телефон.
— Здесь Таисия… Не знаю, не спрашивал... Хочет подняться к тебе.
Секунда, что он ждет ответ, растягивается для меня в минуту неизвестности. Если Булат ответит, что не желает меня видеть... Не знаю, как я это переживу.
Камиль возвращает мобильный в брюки и делает едва заметный кивок сторону ресепшена.
— Пойдем, Таисия. Тебе выпишут пропуск.
39
Зажав в руке драгоценную пластиковую карточку, я смотрю на Камиля.
— Спасибо большое, что помог. Я уж думала, что придется здесь ночевать.
Наверное, нужно сказать что-то еще, чтобы выразить степень моей благодарности, но сделать я этого не в силах. По-крайней мере, не сейчас. Все мои помыслы уже не здесь, они с ним, с Булатом.
— Удачи, Таисия."
"Тело, за сутки отяжелевшее под грузом переживаний и отчаяния, сейчас весит не больше грамма и буквально парит над начищенным полом вестибюля.
Булату ничего не угрожает, он знает, что я здесь, и готов со мной увидеться.
На выходе из лифта я едва не сшибаю с ног уже знакомую мне медсестру с поста — так резко выскакиваю. Приходится извиняться, но она мне улыбается и говорит, что все нормально. Наверное, она поняла, что я просто взволнована тем, что наконец увижу Булата.
