– Не учи ученого! – буркнул Иван, вытаскивая пачку баксов из чемоданчика. – Подготовь зверя, а я скоро!
Появился Иван минут через семь.
– Ты где был? – обеспокоенно спросил Сергей. – Что с дедом?
– Не боись, Серго! Мы с Игнатьевичем договорились. Пачка зелени и литр водки творят чудеса! Счастливый пенсионер дрыхнет, обнявши баксы. Что ж я изверг, старика кончать? Хотя… если как учили…
– Так, давай грузись. Наши шмотки все приволок? – постарался сменить скользкую тему Конан. Потому что Иван был прав: диверсант не должен оставлять живых свидетелей.
Через минуту рольставни были подняты, «Тигр» загнан в соседнее помещение. Дальше все было красиво, словно в кино. Тихонько зажужжали невидимые электроприводы, потолок бункера разъехался в стороны, мощный подъемник плавно поднял тяжелый внедорожник на уровень земли. Сидевший за рулем Сергей осторожно подъехал к воротам, и друзья обернулись как раз вовремя, чтобы увидеть, как возвращается на свое место аккуратный газон бывшего преподавателя теплотехники.
– Сделано с любовью, сделано для себя, – подытожил Диконенко, когда друзья покинули гостеприимный участок соседа олигарха. – Постарался Коля, ничего не скажешь.
– Звони своему Андрюхе, к утру мы будем в Киеве.
Сергей нажал на акселератор, и «Тигр», послушно взрыкнув двигателем, стал набирать скорость.
3. Мазепа
Сергей ощущал, как напряжен Иван. Если бы попросили объяснить, доказать это, не смог бы, поскольку зрительно Ванино поведение не изменилось ни на йоту, и никаких внешних признаков волнения заметно не было.
Просто Конан знал этого человека очень хорошо и очень давно.
Они сидели в небольшом уютном ресторанчике, в нескольких кварталах от Крещатика. Есть такая особенность у старых больших городов в России: вроде и центр, а отошел совсем немного – и все, вокруг тихая и уютная, как любимая женщина, провинция. В Киеве же это было хорошо еще и тем, что не было видно последствий майдана. Да вообще в этом районе почти не было видно изменений всего двадцатого века. Уютно здесь было и тихо.
До столицы друзья добрались без приключений к пяти часам утра. Заехали в пригороде в какую-то лесопосадку, отоспались, привели себя в порядок. Потом Дикий снова созвонился с товарищем и как-то витиевато согласовал место и время встречи. И вот они здесь. А в воздухе висит напряжение.
В зал вошел рыжий представительный мужчина их лет, среднего роста, слегка начинающий полнеть. Дорогой костюм на нем сидел так же естественно, как джинсы на тинейджере.
