– Я развернулся и чуть ли не строевым шагом пошел на выход. – Придурок, – бросил я тихо по-русски.
– Что? Что вы сказали? – Маттиас снова закипел. Он все же немного понимал по-русски. – Это вы про меня сказали?
– Нет, капитан. Я имел в виду этого пленного террориста, сэр. – Я снова развернулся и застыл по стойке «смирно».
Маттиас ловил воздух ртом. Потом отвернулся к окну. А я вышел из кабинета.
Внизу уже шел аврал, почти в каждой стеклянной комнатке нашего управления кипела работа. Впрочем, на самом деле кипела она только в одной.
Почти все девушки не говорили по-английски, это я уже понял сразу. Поэтому сразу включился. Вопросы были такие:
– Как вас пригласили поехать на Новую Землю? Кто вас конкретно вербовал и что при этом говорил?
– Вы понимали, что пересекаете границу своего привычного мира и отправляетесь в новый, из которого нет обратного хода?
– Кто вас встречал тут? Что при этом говорили?
– Расскажите, что произошло после того, как вы пересекли КПП на Базе.
Ответы тоже были стандартные.
Одна ехала работать танцовщицей в Париж. Другая ехала просто работать, неважно кем. Третья вовсе была преподавателем Харьковского национального университета экономики, финансового факультета. Но с финансами и с экономикой в Харькове не заладилось. Поэтому тоже поехала работать во Францию. Немного танцевала в детстве, поэтому тоже хотела подработать в варьете. Были и профессиональные танцовщицы. Были и проститутки. Но никто не знал, что отправляется на Новую Землю. И всех вербовал один и тот же агент.
Некий Николя. Лет около тридцати пяти, брюнет, тонкие усики. Дорогие духи. Худощавый. Смахивает на гея. Я подробно называл приметы и другие ответы на английском, а мои коллеги тщательно записывали. Все, как любит Маттиас Штумпф.
Про перестрелку я чуть-чуть добавлял вольности в переводе. Преуменьшая свою роль и вознося меткость Вячеслава. Но переводил я не один. Можно было, конечно, договориться с некоторыми женщинами, но это было бы еще хуже. Если кто-то проболтается и скажет, что я ее уговаривал дать такие показания, будет край.
А так – ничего страшного. Неточность перевода, не так поняла. К тому же основная масса перестрелку и не видела вовсе. Все собранные документы Ирвин, помощник Маттиаса, понес ему. А я сел за свой стул и откинулся назад, заложив руки за голову.
– Ну ты даешь. – Илья вошел в мой кабинет. Ну как кабинет, отдельная перегородка. Но зато моя. – Ты хоть представляешь, что тут началось? – эмоционально замахал руками он.
