Пока петляла вслед за старостой по коридорам, мучительно гадала, за что мне влетит на этот раз. Не так на кого-то посмотрела? Не съела завтрак? Или Тайс нажаловалась?
Но Эдитта встретила меня теплой улыбкой.
— Входи, дорогая. Присаживайся, — она указала на удобное кресло по другую сторону стола. — Рида, ты можешь идти. Я позову, если понадобишься.
Староста вежливо улыбнулась и закрыла за собой дверь.
Я как-то пропустила тот момент, когда передо мной возникли чашка с жасминовым чаем и корзинка с печеньем. После ужасающего завтрака это было очень кстати.
Напряжение потихоньку таяло…
— Твой кулон, — Эдитта протянула мне отнятое Тайс украшение. — Возвращаю. Только больше не попадайся.
— Спасибо! — искренне выдохнула я, взяла, но тут же насторожилась. — А вы со всеми студентками такая добренькая?
Глупо так себя вести на новом месте, где совсем нет друзей и окружающие относятся враждебно, но оно получалось как-то само собой. Словно я нащупывала ту невидимую грань, до которой можно дойти, прежде чем чье-то терпение лопнет.
Злиться ректор не стала, сделала осторожный глоток горячего чая и выдала еще одну из своих улыбок.
— По возможности. Как тебе наша Академия? Подружилась с соседками? Они неплохие девочки.
Я посмотрела на нее поверх чашки и решила побыть вежливой. Ну, почти.
— Вам правду сказать или приятное?
— Ох, какая же ты ершистая! — рассмеялась она. А потом вдруг переменила тему: — Не сердись на Тайс. Она утратила магию и бывает иногда чересчур строга, но в глубине души она хороший человек.
Какие подробности… Если бы я и впрямь хотела влиться в тесные ряды студенток Академии имени Шаяны Шагрисской, непременно сделала бы зарубку в памяти.
А так просто сморщила нос.
— Вы уверены?
— Как в самой себе, — серьезно подтвердила госпожа ректор. — Когда-то мы жили в одной комнате и были в одной подгруппе, с тех пор почти не расставались.
Представив, что могу провести всю жизнь с Кирой и Леттой, я содрогнулась. Нет уж, спасибо.
— Ладно, я постараюсь.
— Вот и умница, — одобрила мое решение Эдитта и выудила из корзинки одно печенье.
— А теперь перейдем к самому важному делу. Готова?
— К чему? — я с трудом подавила желание вжаться в спинку кресла.
— Выбрать профильный предмет, — еще не представляя, что ее ждет, улыбнулась ректор. — Это чистая формальность, разумеется, но по уставу Академии я обязана учесть твои желания.
Над столом взмыл большой бланк и перо с серебряным наконечником, которое тут же заскрипело по бумаге.
Сердце пропустило удар.
