Эдитта рассказывала забавные истории из их общих с мамой дней в Академии, немного про папу, которого я совсем не помню, и о том, что Пресинваль им с Тайс сразу понравился. Оказывается, они были на свадьбе… но там столько народу крутилось, что я, кроме мамы и Маркуса, никого не запомнила.
Единственное, о чем она наотрез отказывалась говорить, был случай с Тайс, в результате которого та лишилась дара. Мол, не ее тайна и раскрывать ее она не имеет права.
Зря она это… У меня фантазия сумасшедшая, я еще в ректорском кабинете такого себе напридумывала…
Слышала где-то, чтобы лишиться дара, надо совершить нечто ужасное.
Тогда свет уйдет. Что же эта Тайс натворила? И почему тогда мама считала себя виноватой?
В общем, ушла от Эдитты я с новыми вопросами.
— Смотри, что к тебе прилетело! — не успела показаться на пороге, как налетели девчонки.
Глянула в сторону, куда указывала Кира, и обнаружила на подоконнике роскошную белую розу.
Ни записки, ни еще какого знака или послания.
— Почему вы решили, что именно ко мне?
Подруги гневно фыркнули и посмотрели на меня, как на безумную.
— Бранд такой лапочка, — с легкой завистью вздохнула Кира, — и так ухаживает…
— Может, это вообще не он? — немного резковато прервала поток ее восторгов Летта.
— А кто? — удивилась наша мечтательница.
— Ну, мало ли… Вдруг у нашей Мили завелся тайный поклонник? В сто раз лучше этого Бранда!
— Лично я таких не знаю, — насупилась Кирель.
Они препирались почти всерьез, а я тем временем взяла цветок и уткнулась лицом в пышный бутон.
В нос тут же проник тонкий пьянящий аромат. Если бы не проблемы, занимавшие голову в последнее время и днем, и ночью, я была бы заинтригована. Потому что, в отличие от подруг, не строила догадок, а точно знала, что здесь возможны варианты.
— Хватит спорить, — наконец прервала девчонок я. — Мне достаточно одного явного поклонника, без тайных как-нибудь обойдусь.
— Но ты в этого Бранда не влюблена? Ты сама говорила! — Летта смотрела на меня, сморщив нос.
— Говорила. И с тех пор ничего не изменилось.
"
"— Вот! — хлопнула в ладоши рыжая бестия. — Значит, все еще может перемениться!
И столько энтузиазма… А до этого она с таким пылом спорила с Кирой… Неужели наша колючка сама влюблена в ректорского сына?
От этой мысли спину тронул холодок. Бранд, конечно, замечательный, и мне с ним весело и интересно, но… Летта мне ближе. И если придется сделать выбор, я отойду в сторону и не стану мешать счастью подруги.
Сейчас же было важнее другое.
