– Хозяйка на интервью уехала, – объяснил Ярцев, – так что… Только кофе не обещаю, где здесь чего – не знаю.
– Перебьюсь!
Я уселась в кожаное вертящееся кресло и начала рассказывать Ярцеву о посещении колбасного цеха. Тот выслушал внимательно.
– Так ты теперь собираешься блеснуть умением писать статьи и заодно «деньжат по-легкому срубить»?
– Антон, не я – ты!
– Я?! У меня вообще-то другое задание…
– Тошка, ты что, хочешь бросить меня на растерзание Епифанцеву?
– Ты сама захотела себя туда бросить…
– А что мне было делать? Как еще я могу проникнуть к нему домой? Ну, набросай хоть что-нибудь… У меня тут кое-какой материальчик имеется.
Я поставила перед Ярцевым диктофон. Он включил его, послушал, выключил.
– А свое задание я когда буду делать?
– А у тебя какое?"
"– А вот у меня задание – просто отпад! В городе объявилась какая-то христианско-сексуальная секта, проповедующая всеобщую любовь. Попросту говоря, там все спят со всеми. Ну, это по слухам. В действительности никто ничего толком не знает.
Так вот, наш главред дал мне задание все выяснить про этих отщепенцев, написать статью да еще желательно со снимками. Как тебе такое?
– Что-то знакомое, а вообще не хило! Уже придумал, с чего начать?
– Поль, ты шутишь?! Я даже не знаю, с какой стороны к ним подойти! Ну, вернее, знать-то знаю, но так мало, что даже не знаю… А тут еще ты со своей статьей…
Ярцев выглядел несколько озадаченным. Решение пришло в мою светлую голову, причем совершенно неожиданно.
– Антош, а давай махнем не глядя!
– Чем махнем?
– Своими заданиями.
Я займусь твоей сектой, а ты пока набросай что-нибудь для Епифанцева. Кстати, я выбила у него неплохой гонорар за статью – тридцатка. Как тебе?
– Ну, Поль, ты – авантюристка! Ладно, вот тут кое-что про этих сектантов-мутантов, все, что дал главред. Так что дерзай. Вопросы будут – звони. А я быстро накропаю что-нибудь этому «колбаснику», но запомни: это так, для вида. Никакой статьи не будет. Я имею в виду положительной статьи. Я потом здесь все исправлю, и все это выйдет в свет под совершенно другим соусом…
– Само собой.
Мне главное, чтобы Епифанцеву понравилось и чтобы мне открылся доступ в его хоромы. А там уж я разберусь.
Дома я, сварив себе кофе и отрезав кусок пиццы, купленной по дороге, разложила на столе листки с набросками и записями, сделанными таким безобразным почерком, что разобраться в этой китайской грамоте просто не представлялось возможным! Врачи и то разборчивее пишут.
