– Ранние пташки, да? – зевнул караванщик. Остановив своего странного зверя, он потрепал его по густому загривку и скучающе прислонился к беседке. В свете лучей поднимающегося из-за восточных холмов солнца, Хаджар смог разглядеть его чуть лучше, нежели в темноте таверны.
Лицо, исписанное неглубокими морщинами и куда более глубокими шрамами. Цепкие, темно-карие, почти черные глаза. Острый подбородок и слегка впалые щеки.
Да, адепты могли сохранять свою внешность где-то около идеальной, сродни воспеваемой смертными бардами, слагающими свои истории о легендарных героях, но все это требовало энергии и воли.
Абрахам был не из тех, кто разменивал даже маленькие щепотки своей силы на внешность. И это многое о нем говорило.
– Не спалось, – ответил Хаджар. Глупо было скрывать данный факт, учитывая то, как выглядела принцесса.
– Ммм, – протянул Абрахам. Ловким движением он достал из перевязи один из метательных ножей и, покрутив его между пальцами, начал ковыряться в зубах. – Ночка была неспокойная… вся эта буря, да еще я слышал от своих, что где-то за городом сражались адепты.
Хаджар промолчал. Тенед же только переводила взгляд с одного на другого.
– Ну да ладно, – отмахнулся Абрахам. Вернув нож обратно, он пригладил свои острые, барсучьи усы. – Напомните-ка мне еще раз, господа, что вы забыли в Рубиновых Горах.
– Меня зовут Гевена Усэнс, – тут же среагировала Тенед. – я картограф из свободного города Девенталь. А это мой телохранитель и проводник.
– Девенталь, Девенталь, – повторял Абрахам, будто вспоминая что-то.
– Получается, ты ученица Дакланта? Старый перечник, видимо, знает толк в том, кого ему обучать.
– Даклант? – переспросила Тенед. – Наверное, вы ошиблись, достопочтенный Абрахам. Но я училась у Заира, а после его смерти…
Договорить, опять же, Тенед не успела. Хаджар встал перед ней. Не то, что он сомневался в способностях наследницы Белого Дракона выжить в бою с Абрахамом, просто не хотел рисковать. Обруч на его голове прозрачно намекал на то, чем может обернуться подобный риск.
– Сообразительный, – кивнул каким-то своим мыслям Абрахам. – Через Девенталь я хожу буквально каждый сезон. И Заир почил уже почти как двадцать лет назад. И учеников у него было. Как, собственно, и яиц, чтобы взять в оборот столь прекрасную леди, – с этими словами, без тени пошлого намека, Абрахам галантно поклонился. – А Даклант и вовсе – класть хотел, с прибором, на всю эту картографию.
Хаджар опустил ладонь на рукоять Алого Клинка.
