Может со временем они теряли способность к тому, чтобы изъясняться нормальным, понятным языком?
– Даже если падет Гора Черепов, – Черный Генерал говорил о месте своего заточения, так же спокойно, как любой человек о родном доме. – это не освободит меня.
– Разве?
– Яшмовый Император, мой ученик, мудрейший из всех, кто жил, живет или будет жить. Он нашел для меня темницу крепче, чем цепи на любой из гор.
– Если он настолько мудр, – Хаджар выпрямился и поднял факел. – то почему ты с ним сражался?
– Потому что не мог иначе, – коротко и лаконично ответил Черный Генерал.
– воин должен делать то, что он должен. Сражаться. За тех, кто не может этого сделать.
Хаджар вспомнил то воинство, которое стояло вокруг своего предводителя. Каждый из них сражался против Седьмого Неба по своей причине, но… никто из них не мог победить в одиночку.
Кроме Черного Генерала…
Он был достаточно силен, чтобы восстать самому. И, соответственно, как это обычно бывает в таких ситуациях, обладая подобной мощью, он мог просто развернуться и уйти.
Но предпочел сражаться.
Как он уже сказал – за тех, кто не мог.
– Яшмовый Император тоже не мог поступить иначе, – голос Черного Генерала отдалялся во тьму. – он слишком хорошо видел, к чему привела свобода и потому не может допустить, чтобы она вновь неограниченно цвела.
Неограниченно цветущая свобода… да уж, наверное первый из Дарханов и Эйнен Кесалия легко бы нашли общий язык. Но все эти философствования были не для Хаджара.
Он человек простой.
Видит цель – видит путь к ней.
И идет по нему во чтобы то ни стало.
Отряхнувшись от крови фанатиков, Хаджар направился дальше во тьму.
* * *Картина вновь изменилась. Теперь это была граница города. И таких городов Хаджар еще не видел. Никакие слова из тех, которыми обладал любой из языков смертных, не смогли бы описать и маленькой толики его величия. И ни какие краски, эпитеты и сравнения, не выглядели бы уличной грязью на фоне его чистоты и красоты.
Прекраснейший из городов. Белоснежный и сияющий.
Тысячи звезд, скованные воедино, стали ему лишь мостом, ведущим через ров из самой вселенной.
И луч сета пронзал бесконечность, разнося по Безымянному Миру свет и сияния столицы Седьмого Неба.
Хаджар не знал почему.
Не знал как.
Но он знал, что этот город – именно этот белоснежный град, построенной среди земли, почву которой заменяли облака, и есть столица Седьмого Неба. Город, чье название невозможно произнести смертному.
И где-то там, внутри, находился Яшмовый Дворец и его престол.
