Их принципиальные разногласия с Никоном состояли в следующем:
а) они рьяно отстаивали государственную изоляционистскую историософскую концепцию «Москва — Третий Рим», считая остальные православные церкви, подписавшие Флорентийскую унию (1439) с католическим Римом, «неполноценными» униатскими церквами;
б) будучи сторонниками иосифлянской доктрины о божественном происхождении царской власти, «ревнители благочестия», в отличие от патриарха, отвергали верховенство духовной власти над светской и считали только самодержца гарантом чистоты православия и ключевой фигурой Православного Царства;
в) наконец, они категорически выступали против исправления богословских книг и церковных канонов по греческим образцам, считая их «порченными еретическими новоделами», созданными после подписания «богомерзкой» Флорентийской унии в Риме, Венеции, Париже и других городах католической и протестантской Европы.
В числе наиболее ярых идейных противников Никона, ставших затем идеологами и вождями раскола, были не только священнослужители Аввакум, Иван Неронов, Никита Пустосвят, Спиридон Потемкин, но и видные представители русской родовой аристократии — князья Хованские, Урусовы, бояре Соковнины, Морозовы, Стрешневы и другие.
"
"В марте 1655 и апреле 1656 гг. в Москве состоялись два новых церковных собора, которые не только официально подтвердили главные положения церковной реформы, но и осудили самых ярых идейных противников патриарха.
Одни из них, в частности, Даниил и Логин, были лишены духовного сана и отлучены от церкви, а другие — Аввакум и Иван Неронов сосланы на покаяние в дальние монастыри.
Своенравный характер Никона, который всячески подчеркивал верховенство духовной власти над светской, стал раздражать самого царя. Первые признаки охлаждения отношений между двумя «великими государями» проявились уже в 1657 г., кода Алексей Михайлович публично назвал патриарха Никона «невежой, мужиком и бдядиным сыном».
В июле 1658 г. после публичного конфликта с царем Никон демонстративно отрекся от патриаршества и удалился в основанный им Воскресенский Новоиерусалимский монастырь, рассчитывая этим неординарным поступком вернуть себе прежнее расположение царя. Алексей Михайлович прохладно отнесся к этой выходке бывшего «собинного друга» и стал активно подыскивать новую кандидатуру на патриарший престол. В 1660 г.
