Однако выдать на расправу татарским послам князя Афанасия они категорически отказались и заперлись в Торжке. Разорив Торжок, Михаил Тверской посадил в Новгороде своего наместника, однако в конце того же года новгородцы «изимаша Игната Беска, и биша, и на веце, и свергоша его с мосту в Волхово». Великий князь вновь пошел походом на новгородцев, который завершился самым настоящим конфузом, поскольку его ратники заблудились в тамошних болотах, и «не солоно хлебавши» возвратились вспять.
Московский князь Юрий, находившийся в Сарае, время даром не терял и вскоре «женився, у царя сестру его поняв именем Коньчаку, егда же крестися и наречено ей бысть имя Агафия». Породнившись с самим великим ханом Узбеком, Юрий тут же получил заветный великокняжеский ярлык и в 1317 г. в сопровождении ханского баскака Кавдыгая вернулся на Русь. Как развивалась ситуация затем, не вполне ясно до сих пор, поскольку в разных летописных сводах содержались разные трактовки дальнейших событий.
Достоверно известно лишь одно, что в декабре 1317 г. под Старицей состоялась Бортеневская битва московско-ордынской и тверской ратей, в которой князь Михаил одержал вверх. На беду тверского князя вместе с богатым княжеским обозом в плен была взята и новоиспеченная московская княгиня Агафья, которая «от тяжкого томленья» вскоре умерла. Неожиданная смерть ханской сестрицы предрешила участь Михаила, который был вызван в новую ставку хана Узбека город Азак, расположенный в низовьях Дона.
Здесь над тверским князем состоялись два судилища, на которых он, обвиненный в самых тяжких грехах — отравлении ханской сестрицы Агафьи и намерениях бежать с собранной ордынской данью «в Немцы», был жестоко казнен."
"После казни тверского князя хан Узбек подтвердил права Юрия на великокняжеский престол, однако в силу разных обстоятельств он не смог удержать его. Летописцы и историки по-разному трактуют эти обстоятельства, но общий их итог был таков.
В 1322 г. новый тверской князь Дмитрий Михайлович Грозные Очи (1318—1326) поехал в Сарай и обвинил соперника в утайке ордынской дани, собранной с тверских земель, а также поведал о других лихих делах Юрия и ханского баскака Кавдыгая. Хан Узбек пришел в неописуемую ярость, казнил своего баскака, а ярлык на великое княжение вновь передал тверскому князю.
