К тому же, именно тогда Берке вступил в борьбу со своим кузеном, ханом Хулагу, поэтому очень рассчитывал получить от русских князей внушительную помощь в виде крупного воинского контингента для похода в Северную Персию.
В результате хан Берке счел достаточным вызвать в Сарай только самого великого князя, ибо «нужда велика от иноплеменник, и гоняхут христиан, веляши с собою воиньствовати. Князь же великий Александр поиде к цареви, дабы отмолити людии от беды тоя». Получить русский воинский контингент Берке не смог, и на всякий случай он оставил Александра Невского в Сарае.
Лишь в следующем году великий князь был отпущен восвояси, однако в ноябре 1263 г. он скончался в пограничном Городце. Столь скоропостижная смерть великого князя породила много разных версий, в том числе вполне разумное предположение, что его отравили сами монголы. Естественно, подобная версия никак не вписывалась в концепцию «евразийцев», поэтому профессор Л.Н. Гумилев обвинил в отравлении великого князя коварных католических агентов, которые тогда же приложили руку к гибели великого литовского князя Миндовга, с которым Александр Невский всего год назад заключил военный союз против крестоносцев.
Правление Александра Ярославича Невского стало неотъемлемой частью исторической памяти русского народа. Почти четверть века, в самый трудный период русской истории, мечом и искусной дипломатией он защищал Святую Русь от смертельных угроз и с Запада, и с Востока. Он не знал крупных поражений ни на поле брани, ни на дипломатическом поприще, а судить его потомкам следует не столько по достигнутым им результатам, сколько по тем тяжелейшим препятствиям, которые ему пришлось преодолеть.
Поэтому неслучайно безымянный автор его «Жития» был искренен в своем плаче: «О, горе тобе, бедный человече! Како можеши написати кончину господина своего! Како не упадета ти зеници вкупе со слезами! Како не урвется сердце твое от горкыя тугы! Чада моя, разумеите, яко уже заиде солнце земли Суздальской!».
После смерти Александра Невского все его сыновья — Василий, Дмитрий, Андрей и Даниил были еще очень молоды и несмышлены, поэтому хан Берке передал ярлык на великое княжение его младшему брату, тверскому князю Ярославу Ярославичу (1264―1271). Именно при нем ханский престол в Сарае занял другой внук Чингисхана Менгу-Тимур (1266―1282), при котором «Улу Улус» окончательно отпал от Каракорума и стал суверенным государством.
