Поэтому я и пытаюсь вложить в твою голову тот факт, что мужа нужно выбирать не только гормонами. Тебе потом без гормонов с ним жить. Если повезет, конечно. Вот твоя мать вся в любви была, и что? Любила моего сына, страдала, рыдала, думала, что это на всю жизнь… Не думаю, что за нынешнего мужа она замуж выходила с крыльями за спиной. – Я промолчала, но, наверное, слишком красноречивым было моё молчание. И Зоя кивнула. Глубокомысленно протянула: – Воот. И живут же, детей родили, договариваться научились.
А всё, что у тебя в голове сейчас крутится, не слишком продуктивно в плане каждодневного сосуществования двух людей. Даже если они некогда были безумно влюблены. Любовь – штука коварная. Предательская."
"Я любила с Зоей разговаривать. Даже не смотря на то, что многие бабушкины речи были наполнены сомнениями и сарказмом. Но, надо признать, во многом она оказывалась права. Уже и я успела проверить её утверждения на себе, за прошедшие десять лет. Те её слова, от которых я когда-то старательно отмахивалась, уже успели найти своё подтверждение.
Я успела понадеяться, разочароваться и призадуматься над смыслом бабушкиных слов. Как ни горько порой было признавать, но бабушка во многом оказалась права. А себе мне пришлось признаваться в глупости и девчачьей влюбленности, которая не нашла под собой никаких оснований, кроме пустых ожиданий.
– Настя, я хочу, чтобы ты задержалась в Москве, – вдруг заявила мне Зоя, и снова накрыла мою руку своей худой ладонью.
Я глянула на бабушку с легкой тревогой.
– Для чего?
– Я всё ещё надеюсь устроить твою судьбу.
Я облегченно выдохнула.
– Ах, вот в чем дело. А я подумала, что что-то случилось.
– Можно сказать и так. Через несколько месяцев мне исполняется семьдесят семь лет. Это очень серьёзная цифра.
– Ну, если ты так говоришь…
– Перестань меня перебивать. – Меня шлепнули по руке, останавливая.
– Молчу.
– Я к тому, что я человек в возрасте.
Время на месте не стоит. И меня, если честно, несколько беспокоит наш семейный уклад.
– Что ты имеешь в виду?
– Что каждый живет сам по себе. Это неправильно. Мы все одна семья.
Вот эти разговоры меня утомляли. Не могу сказать, что я их не любила, не терпела, но смысла в них не видела. Как и все остальные домочадцы. Только Зоя упорно нас всех роднила. Хотя, заранее было понятно, что, не стань её, мы едва ли общаться разом не прекратим.
