– Не хочешь в город?
Я головой качнула.
– Нет, прости.
– Да нет, ничего. – Петр отступил. – Я видел, что ты весь вечер молчишь. Хотя…
– Что? – переспросила я, когда он замолчал.
– Все, по большей части, отмалчивались. Все были без настроения. Ты не заметила?
Я уклончиво пожала плечами. Соврала:
– Кажется, всё было, как обычно.
Петр хмыкнул.
– А я чувствовал себя не в своей тарелке. Будто я один не понимал, что происходит. Но, наверное, так и должно быть. Я один был чужак, а вы все – семья.
– Всё хорошо, Петя, – настойчиво проговорила я.
– Тебе показалось.
– Ну и замечательно. Завтра увидимся?
– Конечно. – Воодушевление пришлось изобразить. Поинтересовалась: – Ты точно не обиделся?
– Не обиделся. – Касимов подступил ко мне и поцеловал, прежде чем я успела сообразить, что происходит. Достаточно пылкий поцелуй в губы, быстрый, решительный. И вот Петр уже отступил, улыбнулся мне на прощание и направился к двери. А я осталась, зачем-то подняла руку и прижала пальцы к губам.
Задумалась.
– Он мне не нравится.
Услышав голос Федотова со стороны, я руку торопливо опустила, повернула голову и увидела его, стоящим в дверях гостиной. Я знала, что в комнате уже никого нет, все перебрались в сад, Елена хвасталась перед сватьей своими розами.
– Он и не должен тебе нравиться, Рома, – устало вздохнула я. Направилась к лестнице, стала подниматься по ступеням. Федотов направился за мной.
– Насть, я не ревную, – высказал он мне в спину. Я после этих слов возвела глаза к потолку, Рома, правда, этого видеть не мог.
– То есть, мне это тоже не нравится, но дело не в этом. Кончено, так кончено. Я спорить больше не буду. Но тип этот мутный, – решительно закончил он.
– И чем же он мутный? – поинтересовалась я, решив не останавливаться, не замедлять шага, дойти до своей комнаты и захлопнуть перед носом Федотова дверь.
– Хотя бы тем, что он журналист. Вот что ему надо?
– А ты не думал, что ему нужна я?
– Думал, – язвительным тоном проговорил Роман Юрьевич.
– Много, знаешь ли, думал. Но я за ним сегодня наблюдал. По-моему, этим вечером он тобой не слишком интересовался.
– Это по-твоему, Рома.
– Или тебя это просто устраивает.
– Думай, что хочешь.
Я дошла до двери своей комнаты, взялась за ручку, Федотов, по всей видимости, понял, какой маневр я собираюсь совершить, схватил меня за руку и развернул к себе лицом.
– О чем мама с тобой говорила?
Я могла бы не отвечать. Наверное, могла бы.
