Думаю, он надеялся на другой исход, судя по тому, что весь оставшийся вечер казался притихшим и задумчивым. Но я знала, что не ошиблась в человеке, Грушев был неприятным и опасным типом. Я видела, как с ним общаются остальные гости, подобострастно улыбаясь и подбирая слова. И Станислав всё это понимал, но, судя по всему, его подобное положение совершенно не смущало, а, напротив, устраивало. Он, будто, чувствовал свою власть и наслаждался этим. И как такого человека можно уважать? Я редко, с первой минуты знакомства, ощущала неприятие к человеку.
Обычно я весьма лояльна, считаю, что если человек мне не нравится или не интересен, то это просто не мой человек, ни он, ни я в этом не виноваты. Но случались вот такие знакомства, когда становилось откровенно неприятно даже разговаривать и смотреть в глаза, потому что ты видишь всю лицемерную сущность. А тут человек ещё сделал это своей профессией, и отлично себя на этом пропиарил. На том, какой он насмешливый подонок.
Но Петр, по всей видимости, так не считал, или брата во многом в своих глазах оправдывал и принимал таким, какой он есть.
Может быть, это, в какой-то степени, похвально. И всё равно, всё равно, момент зависти со стороны Касимова и откровенно демонстрируемого превосходства со стороны Грушева, в их отношениях присутствовал. Это была жирная красная линия, разделяющая их жизни.
– Значит, Стас тебе не понравился? – Альбина откровенно посмеялась над моим рассказом о вчерашнем празднестве дня рождения неизвестно кого. Я ещё спросила её:
– Разве может такое быть? День рождения есть, а именинника нет?
Сестра лишь фыркнула.
– В Москве может быть, что угодно. – Глянула на меня насмешливо: – Ты развлеклась? Тортика с устрицами поела, шампанского выпила? Ну, вот и порадуйся за человека.
А я в ответ на её вопрос про Грушева, откровенно скривилась.
– Наверное, мне не надо было на него так реагировать, – признала я свою вину. – Петя расстроился.
– Ну да, любимый родственник всё-таки. Мама с папой, наверное, им гордятся, а тут ты со своим мнением.
– Он противный.
– Тебе с ним не детей крестить, Настя. – Альбина села в кресло напротив меня, вздохнула без всякого намека на легкость. – С такими, как Грушев, ссориться нельзя.
Я на сестру глянула.
– Ты тоже ему улыбаешься?
– А куда деваться? Это ты у нас смелая, независимая, а мне деваться некуда. У меня долг и обязательства.
– Какие обязательства?
– Быть женой Романа Федотова. – Альбина вглядывалась в картину на стене, взгляд мрачный и недовольный.
