Они шли по темному коридору к яркой полоске света — лампе перед детской комнатой отдыха, которую не гасили по ночам.
— Тише! Слышала? Охранник!
— Ой!
Но Логан уже затянул девочку вслед за собой в туалетную комнату для персонала, все пространство которой занимали раковина и унитаз.
— Ушел? — Из-за недостатка места девочка уткнулась лбом в грудь Логана. — Тут швабры, — хихикнула она. — Мы — Рита Скитер и Гарри Поттер.
— Не смеши меня.
— А у тебя очки есть? Ты такой умный, по-любому есть!
— Молчи, больно смеяться.
Логан был выше девочки и стоял, практически уткнувшись носом в ее макушку.
— Вроде тихо, — шепнул он.
— Пошли, там нас уже никто не достанет.
Они вышли и только успели сделать шаг к свету в конце коридора, как над их головами раздался суровый голос старшей медсестры:
— Та-а-ак. Снова шляетесь по коридорам? Мистер Робертс, у вас так швы разойдутся! А ну-ка, быстро по палатам! Я вас, пожалуй, сама отведу.
И грозная старшая медсестра, высоченная и тучная, повела детей в сторону палат.
— А как тебя зовут, кстати?
— Энни, — шепнула девочка. — А ты Логан?
— Откуда знаешь?
— Я за тобой следила. — Она усмехнулась и показала ему язык.
А потом Логану открыли дверь в палату и велели лечь на свою кровать. Ох уж эти скучные взрослые!
Логан не видел Энни в школе, хоть и появлялся там очень редко. Он просто знал, что точно бы ее заметил. А еще он знал, что теперь она его друг.
Наши дни
Голова немного трещала от бессонной ночи и от Фредди, потому что даже одной стопки хватило, чтобы понять: эта штука покрепче всего, что парни когда-либо пили.
Проснувшись наутро, они прокрались в душевые на стадионе и попытались охладить головы, но помогло это слабо. Астера ждал выговор от директора за инцидент с поцелуем, Джейкоба — домашняя работа, которую пришлось с утра писать на чердаке, а сам Логан понял, что понятия не имеет, куда дел чертово сочинение по литературе. Он был уверен, что вчера его зачитывал Эванс, стоя на столе.
И вот первым уроком химия, что буквально ад.
Тут жарко, мадам Марш уже вопит из лаборантской, что ее никто не предупредил о пробирках, которые нужно приготовить к уроку, а в голове пусто, как в барабане.
А ведь он обожал химию, она была его любимым уроком, потому что совершенно, абсолютно принадлежала Логану. Тут он был уверен в себе так, как ни в чем в жизни. Он даже не пускал никого за свою парту, чтобы сосредоточиться на теме урока, и было бы отлично, чтобы и сзади никто не шушукался.
