Вот только сам Астер знал — в его рукавах больше не осталось козырей. Он пошел ва-банк, буквально кожей ощущая, как его прежняя жизнь трещит по швам.
— Думаешь, сможешь меня этим шантажировать?
— Просто ставлю в известность.
Повисла пауза. Он? Или его? Другого исхода в этом поединке быть не могло.
Линч произнес:
— Я предупрежу охрану, что до конца года ты заберешь свои вещи.
Блэквуд кивнул.
— Да, и с нового года твой пропуск больше не работает.
Не оборачиваясь, Астер вышел из кабинета.
…В амбаре в это время было тихо.
Все, кто занимался выездкой, разошлись, и только Астер стоял внутри денника Ориона, прислонившись к стене и опустив голову. Казалось, в этом месте даже доски немного примялись, как будто он делал это такое количество раз, что ворота подстроились под изгиб его тела.
Линч не понимал: отобрать Ориона — значит лишить Астера души. Наверное, именно поэтому Блэквуд-младший так цеплялся за это место. Только здесь он добился чего-то сам, причем вопреки, а не благодаря фамилии. И сделал это не в одиночку.
В желтом свете ламп летала пыль. Орион мягко фыркал, водя ушами, и Астер погладил его гриву. Место для таблички пустовало — там остался лишь клочок бумаги. Напоминание о чужом имени. Теперь уже никогда Астер не увидит здесь свое.
— Прощай, малыш, — прошептал он, уткнувшись своим лбом в лоб коня.
Орион громко выдохнул и вскинул голову, тычась носом в ладони Астера в поисках угощения.
— Так и знала, что ты уже здесь, — раздался мягкий девичий голос.
Энджел. Астер сам позвал ее. Но, увы, не так он мечтал провести этот вечер.
Заметив девушку, Орион навострил уши и наклонил голову, явно совершая какие-то крайне сложные мыслительные процессы. А потом провернул свой коронный трюк: поднял полные тяжелой судьбы глаза — обнять и плакать, сложил домиком брови и тяжело вздохнул.
— На, на, держи, — рассмеялась Энджел, раскусив его намерения и протянув на ладони какую-то вкусняшку. — Я готова, — сказала она, переступая с пятки на носок. — И даже не сбежала.
Сегодня на ней были высокие жокейские сапоги, бриджи и короткая расстегнутая куртка.
Астер встал:
— Прости, но все отменяется.
Девушка ошарашенно застыла:
— Почему?
— Планы изменились.
В амбар вошли несколько мужчин. Их вел местный конюх Сойер. Астер не знал этих людей. Орион по запаху, походке, лицам тоже понял, что это чужаки, и тут же принялся нервно переступать с ноги на ногу.
— Идем, — позвал Астер девушку, молча покинул денник и широким шагом направился в противоположную сторону.
