Интересно, сколько еще пройдет времени, прежде чем сестра наконец признается, что запала на малыша Ло? По крайней мере, в ее комнате была целая коллекция как будто случайных безделушек, которые она прятала под кровать. Пару дней назад Астер заметил, как тайник сестры пополнился драной шапкой. Он хорошо ее знал, потому что много раз видел в ней Логана на лесопилке. Погрызенная Горгоной и с наполовину оторванной эмблемой, теперь она тоже удостоилась чести быть сокрытой под матрасом семьи Блэквуд.
Астер вытащил из кармана телефон, глянул время.
Гости наконец набрались до такой степени, что его исчезновение могло остаться незамеченным. Он тихо покинул гостиную, ускользнув в оранжерею — зимний сад и уселся на лавку под раскидистым рододендроном.
Открыв переписку с Логаном, Блэквуд невольно засмотрелся на последнее присланное другом фото. На нем Джейк что-то говорил Энджел, находясь слишком близко. Ближе, чем позволяли правила их спора. Тонкая прядь волос выбилась из собранного пучка, и девушка как раз заправляла ее за ухо.
И не было в этом жесте чего-то особенного, возбуждающего или сексуального, но Астер вдруг почувствовал неприятную дрожь. Захотелось ворваться внутрь момента и разрушить его, он и сам не понимал почему. Он хотел по привычке набрать Логану, чтобы пожаловаться, но не стал. А Джейк с ним и сам не разговаривал.
Астер никогда не задумывался прежде, как на самом деле любил каждого из них. Он знал их жесты и шаги, шутки, мог заранее предугадать, что тот или иной скажет.
Они — короли Алтиора — проросли друг в друга так глубоко, что не вырезать. И впервые эта дружба дала трещину.
Так не должно было случиться.
* * *
Отец Джейка звонил редко, но каждый раз вся семья собиралась перед компьютером. Девочки лапали камеру, стучали по экрану, били пальцами по клавиатуре. В общем, делали что угодно, лишь бы на экране как можно скорее появилось любимое лицо папы Эванса.
— Мои солнышки! — Он всегда очень звонко приветствовал своих девочек и, кивая, добавлял: — Джейки.
Это «Джейки» грело больше, чем любые слова о любви, — столько отцовского тепла скрывалось в детском прозвище.
Нынче Джейку пришлось потереть глаза, чтобы скрыть слезы. Да, мальчики не плачут. Особенно капитаны команд по американскому футболу ростом с небоскреб в Нью-Йорке. Они трут глаза и пытаются изо всех сил скрыть свои истинные эмоции. А эмоция была одна: Джейк скучал по отцу.
