После сегодняшней потасовки смешно нам с вами прикидываться чужими.
– Алексей Николаевич… Эти люди точно не вернутся?
– Точно.
Лыков надел фуражку и вышел в темноту. Так… Где здесь Старое Лагерное место? Не иначе полк стоял, отсюда и название. Но приключения сыщика еще не закончились. Едва он свернул на другую улицу, как из-за забора появились трое. Опять портяночники! Митавский форштадт мало уступает Московскому в опасных жителях.
Эти оказались латышами и заговорили с сыщиком по-немецки. Тот еще не успел остыть от первой схватки и решил действовать быстро.
Когда одинокий путник, вместо того чтобы перепугаться, ринулся в атаку, налетчики растерялись. Пока они соображали, что бы это значило, все уже были повержены.
Сначала Лыков хотел просто отвесить им тумаков и уйти. Но потом подумал, что этой дорогой Лиза, наверное, возвращается домой с телефонной станции. Значит, надо отвадить шваль. Пусть ищут счастья в другом месте. Потому сыщик вынул свисток и стал наяривать. Вскоре на свист отозвались, и прибежал ближайший постовой.
К этому времени портяночники уже пришли в себя и пытались улизнуть.
– Я надворный советник Лыков из Департамента полиции, – сказал Алексей городовому. – Свяжи этих людей.
– Какой такой департамент? – удивился постовой.
– Петербургский, какой же еще!
– А-а…
– Ты не рассуждай, а делай, что велено.
Вдвоем они доставили пленных на Дюнамюндскую, во второй участок Митавской части. Там скучал молодой полицейский чиновник.
– Это что еще такое? – воскликнул он, завидя целый отряд.
– Оприходуйте задержание, – произнес сыщик. Он очень устал и хотел выпить пива. Однако молодой обиделся:
– По каком праву вы даете мне указания?
Лыков вынул свой полицейский билет.
– Виноват! – стал во фрунт дежурный. – Я помощник пристава, подпоручик запаса армейской пехоты Кошко. Позвольте записать ваши показания.
Подпоручик запаса… Без году неделя в полиции, а такой обидчивый. Лыков хотел рассердиться на дежурного, но передумал. Старается, и глаза смышленые. Скучно ему тут ночью сидеть.
Алексей надиктовал протокол, подписал его и уехал в гостиницу. Там явился в ресторан и сказал:
– Пива, светлого, много.
– Какого изволите? У нас его восемь сортов.
На чем уж я остановился перед отъездом, задумался сыщик. И вспомнил:
– Белое берлинское ильгецемского завода.
Глава 5. Законное дознание
Утром Лыков обнаружил, что у него порвался сюртук под мышкой. Видимо, вчера он чересчур энергично махал кулаками. Пришлось обратиться к коридорному.
