Мы сделаем это вместе, как делали все до сих пор.
– Правда?
Глаза миссис Дрейк блестели от слез, но теперь в них забрезжила надежда.
«Как я могу отказаться?»
– Я запишусь. Все будет хорошо.
– Ты можешь присмотреть за ним? Он совершенно не приспособлен для такой жизни. – Она сжала губы. – Боже, неужели уже слишком поздно? Мы не можем вернуться на призывной пункт и сказать им…
– Все будет хорошо, – повторил я. – Один выходной в месяц.
– Но война…
– Все будет хорошо, – сказал я в третий раз.
Больше мне нечего было ей предложить. Я не мог предсказать будущее, не мог сказать ей, что боюсь за Коннора не меньше ее. При мысли о том, что мой беззаботный друг возьмет в руки оружие или, еще того хуже, направит его на другого человека, мне становилось тошно. Вслух я сказал:
– До этого не дойдет. Все будет хорошо.
Виктория обняла меня и прижалась щекой к моей груди. Я неловко похлопал ее по спине, потом она отстранилась и поспешно утерла слезы.
– Спасибо, Уэс. Прости, мне нужна минутка… Это величайший страх каждой матери.
– Понимаю.
Она посмотрела на меня.
– Мы заботимся друг о друге. Моя семья и твоя.
– Ага, – ответил я. – Так и есть.
– Ты позаботишься о нем, Уэс. Правда?
– Сделаю все, что в моих силах.
Она снова утерла щеки, потом поправила юбку.
– Пойду распоряжусь, чтобы твоей матери упаковали еду с собой.
Я вышел на улицу и присоединился к Отем и Коннору. Коннор сидел на ступеньках заднего крыльца. Отем стояла на газоне чуть в стороне, спиной к нам.
– Мама очень сердится? – спросил Коннор.
Его недавняя бравада растаяла, голос звучал тихо, обессиленно.
– Немного, – ответил я, не сводя глаз с Отем. – Я ей сказал, что тоже вступлю в армию.
Отем резко повернулась ко мне.
– Что-что ты ей сказал?
Коннор покачал головой.
– Нет. Ты не обязан…
– Это же я подал тебе эту дурацкую идею. К тому же мне нужно оплатить последний год учебы в Амхерсте. Возможно, я в любом случае записался бы. Похоже, ничего другого мне не оставалось, так что сделаем это вместе.
Отем переводила взгляд с меня на Коннора и обратно, потом резко отвернулась.
– Господи, Уэс.
Коннор опять вздохнул, надул щеки и медленно выдохнул. Я хорошо его знал: для него мое решение стало облегчением, рукой помощи в минуту тяжелого испытания.
«Я ему нужен».
– Все будет хорошо, правда? Служить своей стране – это хорошо.
– Разумеется. – Я невольно усмехнулся. – Ты чертов придурок.
