Сильные руки обхватывают меня за талию, за бедра, когда на пол вместе с трусиками падает мое платье. Он поднимает меня, усаживая на край кровати, и я тяну за пряжку его ремня, стягивая брюки и боксеры с его массивных бедер. Когда он отбрасывает их за спину, то падает на колени у моих ног.
Картер погружает лицо в пространство между моими ногами, и я чувствую влагу его слез на внутренней стороне своего бедра. Мое сердце разрывается, когда он поднимает взгляд, чтобы встретиться с моими глазами.
— Я так боялся, Оливия.
Я был в ужасе. Наблюдал, как ты уходишь от меня, и не нашел силы, чтобы остановить тебя тогда, быть с тобой честным, попросить тебя быть терпеливой со мной, чтобы мы прошли через все это вместе… Я не чувствовал, что заслуживаю тебя. Ты заслуживала большего, чем я, чем то, что я тебе дал. И мне жаль, что я не смог быть тем человеком, которого ты заслуживаешь, — его глаза опускаются, а за ними и меняется выражение его лица, будто он все еще считает себя недостойным, будто он не прощает себя за ситуацию, которую он изначально не контролировал.
И это никуда не годится.
Я провожу двумя пальцами по его щеке, приподнимаю его лицо к своему.
— Я люблю тебя, твою лучшую сторону, но я также всегда буду любить тебя в те моменты, когда ты не будешь идеальным.
Его глаза, переполненные любовью, сияют.
— Я думал, что потерял тебя навсегда, и я… я… — страх крадет его слова, из-за чего его взгляд кажется таким темным и далеким, когда он слегка мотает головой. Он моргает, и слеза скатывается по его щеке.
— Я не мог. Не могу. Я не буду. Я никогда не потеряю тебя, Олли. Ты делаешь меня лучше.
Я не верю в это ни на секунду. Этот мужчина, что стоит передо мной на коленях, всегда был совершенным. Картер всегда был тем, кого я так всецело, так бесконечно люблю. Думаю, он просто осторожно выбирал тех, с кем делиться всеми этими особенными частями своей души. Мне так повезло, и я так благодарна ему за то, что я та, кого он выбрал, что я вижу и знаю его всего.
Его длинные пальцы обхватывают меня за талию, крепко сжимая, пока он смотрит на меня из-под опущенных ресниц.
— Я был потерян до тебя, Олли, и я был бы потерян без тебя. Ты мой лучший друг.
— И ты мой, — обхватив ладонью шею Картера, я направляю его вверх по своему телу. — А теперь идите сюда и полюбите меня, мистер Беккет.
— Да, миссис Беккет. Один раунд сладкой-пресладкой любви, сейчас начнется.
— Только один?
— О, детка. Ты не заснешь, пока не взойдет солнце.
