В ответ на её улыбку к щекам Силлы подступил жар. Сигрун была единственной, кто знал о Силле и Джонасе. Она молча передала Силле небольшой мешочек с измельчёнными листьями после Самого Длинного Дня, сопровождая медленными жестами, тщательно повторив движениями рук по несколько раз.
— Одна ложка? — прошептала Силла. Она постепенно начинала понимать некоторые слова языка жестов Сигрун, в основном самые простые. Илиас, разумеется, позаботился о том, чтобы Силла выучила на языке жестов все ругательства.
Сигрун кивнула, на губах её промелькнула лукавая улыбка.
— Благодарю, — прошептала Силла, повторив жест рукой.
Теперь, когда Сигрун больше не отвечала за готовку, она могла свободно бродить по лесу с луком и стрелами, и Силла замечала, что та стала улыбаться чаще. Похоже, Сигрун наслаждалась уединением своих вылазок. Нередко она исчезала на долгие часы, появляясь глубоко за полночь с добычей на ужин.
А прошлой ночью Сигрун вернулась с четырьмя куропатками.
Четырьмя. Силла улыбнулась. Сегодня они будут пировать как короли.
Её взгляд упал на широкоплечего воина, выкапывавшего яму для костра, его светлая коса раскачивалась за спиной, пока он работал. Джонас остановился, чтобы стереть пот со лба, и бросил на Силлу потемневший взгляд.
Прошлой ночью, когда Джонас был на дежурстве, они дождались, пока все заснут, и прокрались в лес. Дважды она видела звёзды, дважды его имя срывалось с её губ сдавленным шепотом, и каждый раз её жажда только усиливалась. Джонас был идеальным отвлечением. Силла начинала жаждать его днём, её тело отзывалось болью, напоминая о ночи.
Мысли об отце, о листьях, о вине, страхе и печали отступали перед воспоминаниями о нём, о скольжении голой кожи по коже, о непристойных словах, что он нашёптывал ей на ухо."
"Силла Маргрэт, одёрнула она себя, пробираясь через сосны по краю поляны. Ужин. Соберись, бьяни. Она петляла между деревьев, и звук воды усиливался по мере того, как она поднималась по склону. Берег круто уходил вниз к ручью, и Силла вцепилась в ветви и корни, чтобы спуститься.
Ноги подкосились, и ведро покатилось вниз по склону. Впиваясь руками и ногами в землю, чтобы остановить падение, она почувствовала резкую боль в ладони. К счастью, её тело замерло всего в шаге от воды.
Силла резко выдохнула, радуясь, что не оказалась в ручье, но раздражённая ссадиной на руке. Приблизившись к воде, она опустила руку и смыла грязь. Подняв, её она нахмурилась, кожа была красной и содранной.
— Хорошо хоть левая, — пробормотала она.
