Целительница выглядела уставшей. Но оно и понятно – война в первую очередь подкашивала не только воинов, но и тех, кто занимался их здоровьем.
– Я уверен, что Дора уже рассказала вам о том, что произошло в Грэвэн’Доре, – пожал плечами Хаджар.
– Рассказала, – Агвар вытянул указательный палец и на него опустилась небольшая птичка, очень похожая на трясогузку.
Притянув её к себе, он начал её мирно поглаживать, а та пела свою тонкую трель. Идиллия, не иначе…
Вот только будь это так, птица не была бы отмечена нейросетью как там самая “неодушевленная смертельная угроза”.
Взгляд, прием Оруна, не смог пробить ту иллюзию, которой окутали артефакт, превратив его в птицу.
Чтобы Король эльфов не держал в руках, это являлось его козырем. Картой, которая должна была побить Шаг Белой Молнии и Божественные доспехи Зова Хаджара.
– Но лезть в дела Зимнего Двора, – Талесия осенила себя священным знаком своего народа и своей веры. – Мы позвали тебя совсем по другому поводу, юный мечник.
Хаджар выдержал паузу.
Он сложил руки таким образом, чтобы соединить рукава своих одежд-доспехов.
Королева Мэб, когда ткала их, будто знала, что может возникнуть ситуация, когда Хаджару потребуется скрыть свой меч.
Именно это он и сделал. Синий клинок прекрасно поместился в широких разрезах рукавов. И со стороны, даже если приглядеться, из-за свойств доспехов его не было видно.
– Я слышал, ты только что из Запретного Города, Хаджар, – Агвар продолжал гладить птицу. Талесия же вертела в пальцах заколку. Нейросеть тоже отмечала её как угрозу, но не смертельную.
Все трое, сидя друг на против друга, были готовы к битве.
Прошли те времена, когда Хаджар боялся королевскую чету ушастых. Да, может быть он и не одолел в честном бою Агвара и Талисия разом, но смог бы их сдержать на достаточный срок, чтобы пробить себе путь к отступлению.
В своих владениях эльфы имели больше власти, чем Морган, но за стенами квартала Зеленого Молота они были такими же подчиненными Дарнаса, как и все остальные граждане.
Они бы не посмели его тронуть на улицах столицы, если не хотели навлечь на себя гнев Императора.
– Нет нужды отмалчиваться, юный мечник, – улыбнулась Талесия.
Чисто по-женски.
Радушной, теплой улыбкой, при этом сжимая в руках “кинжал”."
"Южный Ветер всегда учил Хаджара, что любой сильный мужчина должен верить только двум улыбкам – матери и дочери. Жену он в этот список не включал…
– Если честно, достопочтенные Король Агвар и целительница Талесия, –наигранно устало вздохнул Хаджар.
