- Посмотри, кем я стал… Посмотри, какого монстра я создал своей яростью… -алые угли постепенно затухали в глазах Степного Клыка. - Посмотри… Последний из племен степных орков? Последний из Степных Волков? Нет… брат мой… я кто и что угодно, но уже даже не орк… Я… Я… Я монстр, Хаджар Дархан.
Снег не успевал упасть на плечи Степному Клыку. Он испарялся и белый ореол чем-то напоминал шерсть зверя.
- Ты пришел сюда умереть, - тихо произнес Хаджар.
- Эти земли, брат мой… когда-то именно на них впервые охотился далекий предок наших племен.
На излучине Большой Воды он поймал первую добычу и с этого началась наша история…
- Я не могу…
- Ты должен, брат мой… иначе я никогда не смогу обрести покой. Не смогу встретиться с женой. Обнять сына. Показать ему на полях вечной охоты как врезать топор. Как догнать оленя. Как правильно попросить у его духа прощения… Не отнимай у меня посмертия…
Хаджар посмотрел в глаза Степному Клыку. Алые угли в их недрах потухли. Им на смену пришла лишь скорбь и печаль.
Степной Клык привел сюда армию не для того, чтобы разорять и уничтожать земли, полные невинных. Он привел их сюда для того, чтобы лишить Хаджара выбора.
Степной Клык пришел сюда умереть.
Умереть с честью.
В бою.
Как и следовало свободному охотнику.
Хаджар поднял над головой меч.
Небо потемнело.
Степной Клык, запрокинув голову, завыл и стучал кулаками в грудь. Его глаза вновь вспыхнули алым светом, а испаряющийся снего действительно стал шерстью.
Глава 1031
Даже стоя на расстоянии в десять километров, на стене стен Сухашима, Огнешь чувствовал ту мощь, которая исходила от сражающихся.
Их битва для него представала лишь в образе разноцветных вспышек и образов, который то появлялись, то исчезали.
Они сражались лишь несколько секунд, но превратили земли вокруг себя в последствия недельной бомбардировки воздушным флотом.
А теперь же, встав друг напротив друга и что-то проговорив, казалось, готовились к финальному удару.
Безумный Генерал поднял меч.
Держа его вертикально над головой, он смотрел на стремительно чернеющее небо. Где-то вдали, Огнешь мог поклясться, он услышал бой боевых барабанов.
Но все барабаны Сухашима в данный момент молчали.
А бой только приближался. Жуткий и страшный. Будто с той стороны снежных туч по небесам мчалось воинство. Стучали копыта боевых лошадей. Звенели мечи и топоры о щиты. Потрясали копья и алебарды о землю. Луки звенели натягиваемой тетивой.
Затем ударил гром.
