Так говорил Орун и оснований ему не верить у Хаджара не было.
– … а все так же не можешь оставить свои грезы, – продолжил Хашим. – Нет на пути развития никаких союзников – лишь вассалы и сеньоры, – Патриарх Лунного Света повернулся к Хаджару и Акене. – и ты знаешь, что все мы –лишь вассалы перед сеньором. И, если бы ты пошел войной против него, тогда я бы послушал тебя.
– Это невозможно, достопочтенный Хашим, – кажется Морган даже немного поник. – и ты сам это знаешь.
– Знаю, – кивнул старик. – но невозможное для меня – смирение перед тем, когда зверь правит человеком.
А человек вместо того, чтобы объединиться против зверя – проливает кровь другому человеку. Вот это – невозможное. И перед лицом подобного, я отказываюсь присоединяться к твоей армии. Я не буду проливать кровь наших братьев и сестер.
– Даже если они придут за твоей? – прищурился Морган.
– Лунный Пик стоит на этом свете дольше, чем существует Семь Империй, Император Морган. Эпохами его пытались захватить величайшие из воинов – и ни одного из них уже нет на свете.
К нам приходил даже Эрхард, Последний Король, но и о ушел ни с чем.
– Все меняется, Хашим. Нет ничего постоянного.
– Мудрые слова, Император. Но, пока все меняется, Лунный Пик остается неизменным. Секта Лунного Света чтит заветы предков. Мы постигаем путь развития, чтобы сделать лучше себя и мир вокруг нас, а не чтобы властвовать и подчинять. Сила дает нам мудрость, а не власть. Увы, ты этого не понял и потому покинул нас.
– Нет, достопочтенный Хашим, я понял, что мир не изменить, созерцая звезды, – брови Моргана нахмурились, а бокал, стоявший рядом с ним, покрылся вереницей трещин.
– Лишь сила. Неоспоримая, неодолимая, всепоглощающая – вот, что может изменить этот мир. И, когда льется кровь, нельзя стоять в стороне. Нужно…
– Нужно взять меч и пролить её еще больше, – вновь перебил Хашим. – такова твоя логика?
Какое-то время старик и Император играли в гляделки.
Сцены более странной Хаджар в своей жизни, пожалуй, не видел.
– Это бессмысленный разговор глухого с немым, – устало вздохнул правитель Дарнаса и откинулся на спинку кресла.
– В этом я стобой соглашусь, Император Морган. Твое приглашение окончено? У меня еще есть дела в Даанатане и я хотел бы к ним приступить.
– Тебе придется их отложить?
– Я не изменю своего мнения, сколько бы ты не уговаривал.
– Я знаю это, – кивнул Морган, а затем указал на Акену. – именно поэтому я решил обратиться к древним законам, достопочтенный Хашим. Нашим законам.
