Всё, что он там увидел, привело его в ещё больший восторг! Необычные фасоны нарядов как для мужчин, так и для женщин, яркие аксессуары, в том числе и летние зонтики, кстати, ставшие невероятно популярными среди жителей жаркой Специи. Он хотел скупить полмагазина, но я не позволила, смеясь, пообещала, что до его отъезда мастерицы успеют сшить для него несколько нарядов. Ну и для Паолы тоже, как же я обделю мачеху?
День обещал быть насыщенным и долгим. И таким же безоблачным, как синее небо над головой.
Эпилог
Мы остались в Специи, как надолго, ещё не думали, но на данном этапе нашей жизни посчитали этот поступок единственно верным решением.
И не только, потому что здесь находился лекарь синьор Бянчи, хотя данный факт был одним из самых главных, но и потому, что нам обоим нравилось море. Прекрасный морской ветер благотворно сказывался на здоровье, а ещё благодаря ему легче переносилась послеполуденная жара. Думаю, сей факт для будущего малыша далеко немаловажен.
А также мы привыкли к Николе и Элен, коих было решено оставить на хозяйстве после того, как мы уедем в другую провинцию.
Отец отбыл с Евгением через несколько дней, спеша к своей жене: вдруг, что случится, пока его не будет рядом? Жакоб оказался крайне щепетильным человеком, и да, он обожал Паолу. Любовь бывает весьма странной, необъяснимой и капризной. Мне не нравилась мачеха, и это мягко сказано, но отношение синьора Риччи к ней не поддавалось какой-либо логике и здравому смыслу. Смогла бы я также без оглядки на недостатки, любить кого-то столь самозабвенно?
Благо, что отвечать на этот вопрос мне не было нужды: Дарио Росселлини являлся воплощением всех моих самых смелых мечтаний, просто сногсшибательный мужчина!
Ровно через два месяца Дар впервые поднялся с кровати и при помощи вырезанных Николой костылей, стал перемещаться по дому и даже по двору.
Это всё произошло в отсутствие врача, но муж уверял меня, что чувствует себя прекрасно, да, шрамы побаливают, кости периодически ноют, но ничего угрожающего его здоровью супруг не ощущал.
И с каждым днём всё увеличивал время своих прогулок; частенько находился рядом со мной в дальнем углу сада, где я обустроила для своих экспериментов подобие лаборатории под плотным навесом. Помогал мне делать записи удачных опытов и наоборот, что и с чем совершенно не сочетается."
"Поместье мерзавца-поверенного мы решили пока не трогать: в моём положении делать там хоть что-то, значило перегреться на солнце, а это вредно.
