Прежнего сумрачного ущелья, по дну которого две недели назад лениво пробирался прятавшийся под густыми ветвями ручей, как не бывало. Взору моему предстала унылая каменистая котловина, наполовину наполненная мутной водой. Со склонов ее была содрана вся растительность – до голого камня.
Слева от меня стена Ямы обрушилась совершенно, образовав клиновидную расщелину в поверхности скалы. Открытая сверху щель доходила почти до самой воды и углублялась внутрь камня футов на сорок. На краю обрыва ее ширина достигала футов шести, а внутри сужалась до двух.
Но внимание мое привлекла не столько сама огромная расселина, как глубокое отверстие, зиявшее внутри ее – как раз в самом углу. Края его были четко очерчены и напоминали, пожалуй, арку, впрочем, прятавшуюся в тени и не открывавшую передо мной подробностей.
На противоположной стороне Ямы растительность уцелела, однако изуродованные кусты и деревья были настолько засыпаны пылью и битым камнем, что посчитать их живыми не представлялось возможности.
Сперва я решил, что вижу перед собой результаты оползня, однако вскоре сообразил, что обычный обвал едва ли мог привести к подобным последствиям.
А тут еще и вода… Я вдруг оглянулся, внезапно уловив доносившийся справа шум текущей воды. Источника его я не видел, но тем не менее все-таки сумел догадаться, что звук доносится от восточной оконечности Ямы."
"Я неторопливо направился в ту сторону… плеск становился все отчетливее и наконец зазвучал уже подо мной, не обнаруживая, впрочем, источника; наконец, опустившись на землю, я высунул голову за край утеса и не только услышал, но и увидел теперь чистый поток, изливавшийся на камни из отверстия в стене Ямы и сбегавший вниз в образовавшееся озеро.
Чуть поодаль вытекала еще одна струя, а за нею еще две поменьше. Теперь было ясно, откуда взялась вода в Яме: русло ручья завалило камнями, однако тоже вносил свою заметную долю.
Но я по-прежнему ломал голову, пытаясь понять причину возникновения всех этих обвалов, ручьев и самой громадной расщелины.
Ясно было, что оползень не может служить удовлетворительным объяснением. Только землетрясение или огромной силы взрыв могли бы привести к подобным последствиям. Однако ничего похожего я – вроде бы – не заметил. Я поднялся на ноги – и тут лишь вдруг припомнил тот грохот и поднявшееся следом за ним в воздух облако пыли. В неверии я качал головой. Нет! Должно быть, тогда грохотали падавшие глыбы скал и грунта… естественно, при этом разлеталась и пыль.
