Через шесть часов я проснулся, пил и ел, а потом вновь спустился на дно ущелья и продолжил свою дорогу наверх."
"Теперь я приблизился к огненным жерлам, и тьма перестала быть полной: тусклый багровый свет выбивался у черных подножий скал, ограждавших ущелье; нередко основания их были видны весьма отчетливо, однако о высоте приходилось догадываться, ибо черные скалы уходили вверх в самое сердце ночи.
Огненные жерла нередко выхватывали из тьмы кошмарных Змей и Скорпионов, величиной с мою голову. Потом я начал замечать и других – ползавших среди скал ущелья, а посему держал Дискос наготове, однако так и не воспользовался им в тот день.
Я ел и пил в шестом и двенадцатом часу, продвигаясь вперед с весьма великой скоростью. И вот в шестнадцатый час я как будто бы ощутил, что эфир всколыхнулся вокруг меня, и биение Слова Власти слабо донеслось до моего внутреннего слуха. Сердце мое немедленно наполнилось радостью потому, что так любовь обращалась ко мне. Я не мог ошибиться: ведь послание Великой Пирамиды донеслось бы до меня отчетливо и громко, принесенное всей Силой Земного Тока, оставившего окрестности Меньшего Редута, лишив его обитателей возможности общения с нами, о чем я уже говорил.
Впрочем, зов прозвучал настолько тихо, что я мог и не мог сказать, что это Слово Власти трепещет вокруг меня в ночи. Постояв некоторое время, я возобновил путешествие – не без сомнения в сердце, но ощутив и прилив надежды. Чтобы унять волнение в груди моей, мне пришлось в тот переход идти тридцать великих часов.
Однако по истечении этого срока я понял собственную опрометчивость и принялся искать место для сна: обнаруженную пещерку, чистую и пустую, я осветил изнутри сиянием Дискоса.
Пещера располагалась в утесах правой стороны ущелья, и от дна его до входа надо было подняться на добрых двадцать футов.
Наконец я благополучно забрался в пещеру, не сомневаясь в том, что она подходит для моих целей, съел четыре таблетки, положенные моему желудку, выпил воды и погрузился в сон. И все время мысли мои были устремлены к Наани.
Прошло некоторое время, прежде чем я погрузился в сон.
Проспав шесть часов, я проснулся, потому что назначил такой срок для своего пробуждения. Я заставил себя стряхнуть сон, хотя все еще хотел спать. Потом я съел две таблетки, выпил воды, надел свое снаряжение, спустился в ущелье и отправился в путь. Весь тот день я подгонял себя; мне все казалось, что душа моя воистину свидетельствует о том, что я приближаюсь к месту, где отыщу любовь прежних дней.
