Несколько репетиций по три-четыре часа, а между ними огромный перерыв, в который мы и ходим убивать время за вкусной и вовсе не дорогой едой. К тому же, как постоянным клиентам и за мои красивые глазки, нам делали различного рода скидки и подарки от заведения.
Когда мы сидели здесь с Александром, я могла бы не озвучивать свой заказ – официант и так хорошо меня знал, но при Саше было как-то неловко подтверждать его слова, что я здесь завсегдатай. Хорошо, что официант не стал со мной здороваться как обычно, понимая, что я с мужчиной, и не стоило открывать лишний раз рот.
Нужно будет поблагодарить его за проявленную внимательность.
По дороге долго уверяла Алю, что мне медицинская помощь не нужна, и угробила я только машину. И свою, и чужую. Но это мне ещё предстояло рассказать.
– Мы пешком шли. Всё так плохо с машиной? – не отставала с вопросами за обедом Аля.
– Она сейчас в сервисе. На эвакуаторе оттарабанили туда. Только механики после осмотра смогут поставить ей диагноз. Пока я – пешеход и буду кататься с тобой на трамвае!
– Ну и покатаешься, ничего не случится с тобой.
Вы, водители, совсем с ума сходите. В магазин за хлебом ездить начинаете, не то что до работы.
– Ну да, – засмеялась я.
Так и есть. Чёрт, кстати, за хлебом-то тоже придётся ходить пешочком…
– Жалко, конечно, машину твою, – вздохнула брюнетка.
Але всегда и всех жалко.
– Это не самое печальное. Я ещё разбила дорогую тачку одного красавчика. И теперь он хочет денег.
Аля уставилась на меня, округлив свои карие глаза:
– Сильно разбила?
– Ну, прилично.
Ремонт, говорит, обойдется тысяч в сто. Сейчас тоже на диагностике танк его бесценный. А мне теперь выплачивать придётся, потому что свою машину я не застраховала и признана виновной стороной.
– Ого, – прикрыла подруга свой ротик рукой. – Для нас это большая сумма.
– А он говорит – копейки. Ваша страховая покроет. А она не покроет ни фига.
– И как отдавать?
– Ну как… По решению суда частями будут списывать с зарплаты, пока всё не отдам. Я ж много получаю, чё мне – жалко половину отдавать и без того не нуждающемуся мужику?
– Половину?!
– Да.
– М-да… повезло, нечего сказать.
– Хотя этот король жизни предложил расплатиться другим способом, и тогда я ничего бы ему была не должна.
– Каким? – наивно спросила Аля.
Она реально не врубилась.
– Аль, не маленькая же, – посмотрела я на неё с особенным смыслом.
Когда до неё дошло, она опять прижала свою детскую ладошку к губам.
– Вот козёл! – ругнулась Аля.
– Ещё какой.
