Собака продолжала издавать низкое горловое рычание, Джон Смит по-прежнему не двигался с места. Лицо его искажала презрительная гримаса.
— Ты хочешь сказать, что опасность грозит и мне? Может, объяснишь, в чем, собственно, дело?
— Да, — кивнул Гриффин. — Именно за этим тебя и позвал, Смити. Но пока что не могу тебе сказать всего. Ты в опасности. Серьезной опасности. Постарайся убраться из города, и как можно быстрей. Не возвращайся в лабораторию. Садись на самолет и...
— О чем это ты, черт возьми? Ты ведь прекрасно знаешь, что я никогда этого не сделаю.
Чтобы бежать от своей любимой работы? Да с какой это стати? Черт! Что с тобой происходит, Билл?
Гриффин проигнорировал этот последний вопрос.
— Делай что я говорю! Позвони в Детрик. Скажи генералу, что тебе нужен отпуск. Долгий отпуск. И что проведешь ты его за границей. Сделай это сегодня же и уезжай как можно дальше отсюда! Сегодня же!
— Нет, так не пойдет. Ты должен сказать мне, что такого особенного в этом вирусе. И какой именно опасности я подвергаюсь.
Я должен знать, прежде чем предпринимать какие-то действия.
— Господи, боже ты мой! — воскликнул Гриффин, теряя терпение. — Я же пытаюсь помочь! Убирайся отсюда! И быстро! Забирай свою Софи и уматывай!
Едва успел он произнести эти слова, как рычавший доберман приподнялся на задние лапы, затем резко развернулся на девяносто градусов к югу. И стал всматриваться в дальнюю часть парка.
— Что, незваные гости, да, мальчик? — тихо спросил его Гриффин.
Потом сделал жест рукой, и собака помчалась к темной стене деревьев. Гриффин обернулся к Смиту и заорал: — Вон отсюда, Джон! Пошел, пошел, убирайся! — и бросился вслед доберману. И его приземистая тень мчалась с непостижимой скоростью.
И вот мужчина с собакой исчезли, растворились среди огромных и темных деревьев.
Секунду Смит стоял не двигаясь, совершенно потрясенный услышанным. За него так боялся Билл или за себя? Или же за них обоих? Похоже, его старый друг действительно пошел на огромный риск, желая предупредить его, Джона.
И попросил исполнить невыполнимую просьбу — расстаться с любимой работой и бежать неведомо куда.
Но чтобы совершить такой поступок, нужны весьма веские основания.
Во что, черт возьми, умудрился впутаться его старый приятель, Билл Гриффин?
По спине у Смита пробежали мурашки. В висках застучало. Билл прав. Он в опасности — по крайней мере здесь, в этом темном парке. Вспомнились старые навыки.
