Нет, он постарается не показывать этих чувств перед Тремонтом. Главное другое — он все-таки нашел этого Смита и не намерен терять его снова.
Глава 17
10.34 утра
Вашингтон, округ Колумбия
В браке Билл Гриффин состоял недолго, и Смиту довелось увидеть эту женщину всего лишь два раза, да и то перед помолвкой. Оба раза они выезжали на веселые прогулки за город, а на обратном пути посещали шумные нью-йоркские бары, которые так полюбились Биллу еще со времен войны. В ту пору Билл страшно любил проводить время в барах — наверное, потому, что большую часть жизни провел на заданиях в далеких странах, где каждый его шаг мог стать последним, а любой звук — выдать врагу.
Смит почти ничего не знал о той женщине и их браке с Биллом, который не продлился и двух лет. Он слышал, что она все еще живет в Джорджтауне, в той же квартире, которую некогда делила с Биллом. Если Билл в опасности, он вполне может отсиживаться там, у своей бывшей жены, о существовании которой знали немногие.
Слабая надежда, разумеется, но, в отличие от Марти, вариантов решения проблемы у него было совсем мало.
Доехав до нужного дома, он позвонил ей по мобильному телефону.
Ему ответил бодрый женский голос:
— Марджори Гриффин!
— Миссис Гриффин?.. Вы меня, наверное, уже не помните, но я Джонатан Смит. Друг Билли и...
— Почему же? Прекрасно помню, капитан Смит. Или уже майор, а то и полковник?
— Не слишком уверен, кто именно. Впрочем, сейчас это неважно. Но еще вчера был подполковником. А вы, значит, сохранили фамилию Билла?
— Я любила Билли, подполковник Смит.
К сожалению, он больше всего на свете любил свою работу. Но я полагаю, вы позвонили вовсе не за тем, чтоб расспрашивать меня о браке и причинах нашего развода. Вы ведь ищете Билла, верно?
Смит немного растерялся.
— Ну, в общем-то...
— Ничего страшного, я все понимаю. Он предупредил, что вы можете позвонить.
— Вы с ним виделись?
В трубке повисла пауза. Затем она спросила:
— Где вы находитесь?
— Прямо перед вашим домом. В старом «триумфе».
— Я сейчас спущусь.
* * *В огромной неприбранной комнате, до отказа забитой компьютерными мониторами, системными блоками и прочим оборудованием, сидел Марти Зеллербах. Вот он устало откинулся на спинку кресла и попытался сосредоточиться. Вокруг кресла уже высились целые горы порванных в раздражении распечаток. Тихонько потрескивал радиоприемник, работавший на высоких частотах. Шторы на окнах были опущены, воздух прохладен и сух — самый благоприятный климат для оборудования Марти.
