— Идем, Дин, — мы отправились к шатрам. — Что там у него, интересно, ты не знаешь, ничего на сегодня ведь не планировалось?
— Нет, Лора, но Дин не обеспокоен ничем, значит, все хорошо.
Виноград, хоть еще и был в основном, не зрелый, но грозди висели сильные и их было много — мы убрали старые и слабые побеги, это позволило молодым и сильным забрать больше силы. В этом году я хочу сделать и полусладкое вино, а еще, мне наконец привезли перегонный аппарат, вернее не весь целиком — отдельные его части я заказывала в разных местах, и пришлось кое-что заказать даже в Валенторне через друзей Карла.
— В этом году у нас будет хороший, хоть и маленький еще, урожай пшеницы, вся она пойдет на семена для следующего года, а это позволит нам со следующего урожая не покупать муку. Осенью, как только освободятся строители, начнется строительство мельницы, которую мы установим на реке. Почти все саженцы, что привезла Лора из Валенторна, прижились, и у нас будет несколько плодовых деревьев, которые так же, сможем размножать черенками, — Карл выступал перед людьми возле моего шатра, люди внимательно его слушали.
— Чего это он? Даже ничего не сказал о том, что планирует собрание, — прошептала мне Шатиль.
— У нас уже этой осенью будут готовы шестнадцать домов, что поручила построить Герцогиня для некоторых жителей деревни, что переедут жить в Долину. У нас будет скотный двор, что уже готов почти полностью, осталось лишь привести в него скот. Мы собираем отдельно группу охотников, рыболовов, которые будут обеспечивать Долину мясом и рыбой.
У нас есть уже люди, что умеют ухаживать за виноградом, а зимой они будут заниматься плетением корзин, коробов для телег. А когда начнется время сбора урожая, вся Долина должна объединиться, и в положенные сроки сделать работу, — он посмотрел на меня и улыбнувшись, продолжал:
— Посмотрите сколько работы мы сделали за это лето, и нам есть чем гордиться — своим трудом. Значит, еще через год, мы будем сильным и богатым поселком. А теперь, я хочу, чтобы остальное вам рассказала хозяйка земель, наша Герцогиня, которая трудится рядом с нами, не обходит тяжелой работы, и я хочу вот что еще сказать, большинство ее дел начаты только ради вас, ради людей, что с трудом выживали в деревне и не думали, что переживут зиму, — народ выкрикивал мое имя, и многие хлопали в ладоши, приглашая выступить.
— Карл, ты сегодня выпил, что ли с утра? — прошептала я, когда мы пересеклись с ним, и он помогал мне подняться на небольшой ящик, что служил сценой.
