Но я, как ответственная и сердобольная, а самое главное — нищая хозяйка, решила переть все до места, а там уже разбираться.
Дорога прошла без приключений, если не считать кур, что орали от любого неосторожного покачивания. Клетка с ними, которую я сплела вечером перед выездом, была хорошо зажата между мешками и банками. После того, как их накрыли сверху, как попугаев, они орать перестали.
Когда мы достигли виноградника, мы решили сделать там привал, хоть до дома оставалось меньше половины дня, и мы устали за почти три дня дороги, я хотела попутно опробовать снова отмеченные мною кустики.
Мне нужно было не упустить спелость, когда в каком-то из сортов будет достаточно сахара на приготовление полусладкого вина. Здешние, думаю, долго еще не оценят сухое вино: его пользу, его тона, его легкость. Судя по сладкой бормотухе, что отличается здесь друг от друга только свежестью, народ хотел вкусняшку — легко пьющуюся субстанцию. Ну, и, чтобы в голову давало. Я же, ребята, дам вам лучше — вы перестанете болеть животом и головой после возлияний.
Я отобрала несколько кистей, сложила в телегу, мы перекусили и тронулись до дома, куда попали сильно вечером, но вся деревня бросила свои дела и пришла смотреть продолжение сериала под названием «Сумасшедшая Лора и ее очередные телодвижения, которые не приведут ни к чему хорошему». Новыми странными идеями я их снабжала постоянно, и сейчас тоже не хотела расстраивать — пусть смотрят.
Хотелось уже все выгрузить в дом, но нужно было пройти еще раз пол маслом. Я было вздохнула, и собралась все как-то комплектовать в нашем шалаше, а ведь у нас были мешки с мукой и крупами, но тут появился Дин, и объявил, что решил сделать в доме временные полки.
Я чуть не подняла его на руки от счастья, и от того, что не придется ничего выдумывать. Он отправил меня греть рыбу и чай, а сам с Карлом начал носить все в дом. Особенно его порадовала дверь.
— А ты хоть заметила, что мы закончили крышу, Лора? — мой названный брат мельтешил под ногами, но не дождавшись похвалы, решил идти с козырей.
— Конечно же видела, Дин, я только на нее и смотрю, и жду — не дождусь — когда же мы сможем уже туда переехать.
Я была уставшей, но так хотелось сейчас, когда точно решилось, что я никто, и завишу только от себя, посидеть в тишине под звездами, прислушаться к себе и шепнуть той, прежней Лали, мол, эй, видишь, совсем не страшно начинать все самой, первой делать шаг, стремиться к новому, а не пускать на самотек, жалея себя и заливая свою боль вином.
