– Года три тому назад он решил поменять золотые коронки, стоявшие у него во рту еще с советских времен, на более естественно выглядящие. В прошлом году он тоже занимался протезированием.
– Понятно. Осталось вспомнить, на каких именно зубах имелись протезы у вашего мужа.
– А что у вас там написано? – осведомилась Валерия Юрьевна.
– На шестом и седьмом зубах сверху слева, а также на пятом-шестом зубах снизу справа, – прочитала я. – Все совпадает?
– Да откуда же я знаю?! – Краснощекова посмотрела на меня с изумлением.
– Татьяна Александровна, вы полагаете, что я заглядывала ему так глубоко в рот?
– Ну, может, Семен Семенович сам вам говорил?
– Да, он говорил, что поставил коронки на коренные зубы, но без излишней детализации.
– Хорошо, а какие-нибудь полостные операции ему делали? – уточнила я.
– Да, два года тому назад ему удалили аппендикс.
– У этого человека также есть шрам, свидетельствующий об апендоктомии. Теперь перейдем к родимым пятнам, – сказала я и встретилась в зеркале взглядом с домработницей.
Оля снова пыталась прочитать по губам, о чем я говорю. Вторично застигнутая мною за таким своеобразным «подслушиванием», она поспешила отойти в сторонку.
Я, конечно, понимала, что глухонемой женщине ничто человеческое не чуждо и она тоже может испытывать самое обыкновенное любопытство. Другая на ее месте наверняка бы стояла за дверью и жадно вслушивалась в каждое слово хозяйки и частного детектива, то есть меня. Оля же была вынуждена ловить движения наших губ в зеркале.
А что, если это не просто любопытство, а личная заинтересованность в том, насколько далеко продвинулось мое расследование? Вдруг именно Оля причастна к похищению трупа своего хозяина? В конце концов, у нее были ключи от этого дома, а злоумышленники проникли сюда, не повредив замков.
– Татьяна Александровна, что же вы замолчали? У Семена на теле были небольшие родимые пятна и множество родинок, но я так сразу не могу вспомнить, в каких именно местах. Никогда не старалась это запоминать.
"
"– Родимое пятно на правой щиколотке округлой формы, размер – полтора сантиметра в диаметре, – прочитала я. – Как раз на этой ноге не было ботинка.
– Я бы сказала, скорее овальной формы, – поправила меня вдова. – И именно на щиколотке, только вот на какой? Я не помню… Боже, как же я, оказывается, была невнимательна к Семену!..
Я вспомнила про Вику Осташкину. Возможно, она лучше изучила тело своего любовника и могла бы помочь в идентификации трупа.
