Глава 5
Из психбольницы я снова поехала к Шильдикову, в надежде, что в конце рабочего дня он окажется более разговорчивым. Ну и повезло же мне сегодня с маршрутом! Морг – одна «дурка» – вторая – снова морг.
– Иванова, это опять ты? – Этой небрежной фразой Шура встретил меня в коридоре. – Что-то ты сюда зачастила.
– Александр, ты же сам мне сказал – вечером, мол, приходи, тогда и поговорим. Забыл, что ли?
– А ты еще позже прийти не могла? – недовольно буркнул тот. – Я уже уходить собрался. И вообще, знаешь ли, не до тебя мне.
– Ну, собственно, я могу и с начальником твоим поговорить. Я тут его днем встретила, и он, между прочим, уже предложил мне свои услуги, – несколько приврала я.
– Вот напорешься когда-нибудь на пулю, и он тебя обслужит по высшему классу, не сомневайся. Глаз долой и сердце вон! – Шильдиков рассмеялся над своей «черной» остротой. – Грындин женщин сам вскрывает, а мне одних мужиков почему-то подсовывает. Даже обидно! Хотя бабы реже к нам попадают, поскольку живут дольше мужиков, особенно вдовы.
– Все шутишь?
– Ладно, сейчас я портфель заберу, выйдем на улицу и поговорим серьезно. Только предупреждаю – у меня для тебя пять минут, не больше. Подожди меня снаружи. Не светись здесь.
Я еще могла понять, почему Шура не захотел разговаривать со мной днем – строгий начальник, работы много и все такое. Ну а сейчас-то куда он торопится? Тем более сам сказал, чтобы я подошла к шести часам. На моих было без пяти. Выходит, мы едва не разминулись.
Патологоанатом вышел на улицу, сунул видавший виды портфель под мышку и закурил дешевую сигарету.
Возможно, при других обстоятельствах я попросила бы его повременить с этим занятием, но не сейчас. Шильдиков всем своим видом давал понять, что он делает мне большое одолжение, согласившись задержаться и ответить на мои вопросы. А раньше, бывало, мои визиты его радовали, ведь я давала ему возможность подзаработать. Зарплата у патологоанатома не такая уж высокая.
– Ну, давай спрашивай! – сказал он, чиркнув зажигалкой.
– Время тикает.
– Шура, скажи, это ведь ты делал вскрытие Виктора Кузнецова? – спросила я, глядя в его ничего не обещающие глаза.
– Это какого Кузнецова? Подростка-наркомана, что ли?
Ну, начинается! Сейчас он примется отвечать вопросом на вопрос, а потом скажет, что мое время истекло. Нет, голубчик, ничего у тебя не получится! Я тебя просто так не отпущу.
– Нет, Шура, я имею в виду тридцатидвухлетнего мужчину с отеком легких.
