Надеюсь, не возражаешь?
– Конечно, нет. К Кузнецовой предки вчера из деревни приехали, я понимаю, при них серьезные дела лучше не обсуждать. – Раздался звонок в дверь. – Вот уже и она.
– Привет! – поздоровалась с ней Наталья.
– Привет, проходи. Как мальчишки?
– Нормально.
– А родители?
– Тоже нормально, – Наталья зашла в гостиную и скромно присела на краешек дивана.
Светка плюхнулась рядом с ней и по-хозяйски закинула ногу на ногу. Чувствовалось, что она вся в предвкушении интересного разговора. Кажется, ей даже в голову не пришло, что ее присутствие здесь ни к чему.
Пришлось ей намекнуть:
– Светик, ты бы чайку, что ли, заварила.
– Тань, да ты же чай вообще не пьешь! Погоди, это ты меня так выпроваживаешь, что ли? Интересное дело, а это ничего, что именно я вас свела? Что я – у себя дома?
– Света, дай нам поговорить, пожалуйста, – обратилась к ней Кузнецова, и, как ни странно, та ее послушала.
Мы остались вдвоем.
– Наташа, в общем, «жучок» я тебе показала, – теперь, когда дело Кузнецова было передано в другие руки, я позволила себе перейти на «ты».
– Так что ты теперь знаешь, что все разговоры в твоей квартире прослушиваются. Это накладывает определенный отпечаток на твое дальнейшее поведение.
– Так, может, лучше избавиться от «жучка»?
– Ни в коем случае! Надо обратить это обстоятельство в свою пользу, что мы уже и начали делать.
– Ты хочешь сказать – следует убедить того, кто его поставил, что я смирилась со смертью Виктора, а потому больше не собираюсь ни до чего докапываться? – Наташа оказалась довольно сообразительной.
– Да, именно так. И одного разговора со мной для этого недостаточно. Ты можешь, к примеру, высказывать свои мысли вслух.
– Я не имею такой привычки, а вот с родителями я могу об этом поговорить. Ой, а ведь я вчера как раз рассказывала им о тебе, о схеме, на которую я возлагала такие большие надежды, – Наталья стушевалась. – Там, наверное, все слышали…
– Ничего, все еще можно исправить. Когда дедушка с бабушкой вернутся с прогулки, расскажи им о моем визите, о том, что я ничего криминального в этой бумажке не обнаружила…
– Да-да, я скажу.
А что на самом деле? Ты ведь продолжишь расследование?
– Не я. Теперь этим делом займутся компетентные органы.
– Даже так?! Я знала, я чувствовала, что Виктор раскрыл чей-то преступный замысел и за это пострадал! А мне никто не хотел верить. Никто, даже Гена…
– Так, теперь – о Танееве. С этим человеком тебе надо вести себя особенно осторожно! – предупредила я ее.
