Ловлю себя на мысли, что хочу слизать эти слезы и попробовать ее страх на вкус.
Испуг отыгрывает правдоподобно. А может, это все большая манипуляция, расчёт на то, что обращу на девочку внимание. Я уже это делаю.
Согласен, я параноик. Не спорю. Но такая паранойя несколько раз спасла мне жизнь.
– Тихо, куколка. Я верю тебе. Верю, – смягчаю тон, насколько могу, ослабляю хватку на ее скулах, уже поглаживая кожу пальцами. Такая нежная, бархатная. Склоняю голову и изучаю куклу более внимательно. Есть что-то в этой невинности, наивности и глупости,
Ладно, пусть будет так: я купился.
Окей. Что дальше? Понятно, что девочка всего лишь актриса. Мне же интересен режиссёр и цель этой постановки.
Есть два варианта. Первый – подвал, несколько дней допросов с пристрастием, и кукла – уже животное у меня в ногах. Второй - более щадящий. Я делаю вид, что купился, и продолжаю играть. Правильный был бы первый вариант, но я выбираю второй. Потому что хочу оставить куколке шанс. Никому и никогда его не давал, а ей хочу.
– Ты просто растерялась в этом огромном доме. Так бывает, – успокаиваю ее. – Род моей деятельности специфичен, я должен был проверить, – отпускаю девочку, отхожу к столу, упираюсь бедрами в стол, сжимая пальцами края столешницы.
– Теперь я могу уехать домой? – всхлипнет девочка, обнимая себя руками.
– Конечно, можешь. Завтра утром. Возьми выходной.
– Нет. Я хочу уволиться!
Ах, какая жертва. Теперь моя очередь просить? Допустим, я ее отпускаю. Кто знает, чем мне это обернётся?
– Утром все покажется не таким черным, Дарина.
Тебе нужна эта работа, и я ее даю, а все, что сегодня случилось, мы забудем, – улыбаюсь. Девочка открывает рот, чтобы возразить, но я не позволяю. – Все! Иди отдыхай, – настойчиво давлю на нее.
Кукла поднимается с места, кидает на меня настороженный взгляд и быстро выбегает из кабинета, словно попала в клетку к зверю. Я не жесток к тем, кто этого не заслуживает. В моей голове еще остались границы. Только я еще не определился, на какой стороне эта куколка.
Плескаю себе еще коньяка, сажусь за рабочий стол, продолжая листать досье. Хорошая девочка Дарина, безупречная биография. Папа - простой рабочий на заводе, умер от инфаркта. Мама - воспитатель в детском саду. Даже парня у этой девочки в ее двадцать лет нет. Так не бывает, кто-то подчистил ее биографию. Я уже давно не в том возрасте, чтобы доверять написанному. Сам себе порой не доверяю. Вот такая профдеформация.
Я скрытый параноик.
