Не смогу здесь работать и смотреть в глаза Марку, продолжая терпеть его издевательства.
Замедляю шаг, когда мы выходим на главный двор, а потом и вовсе останавливаюсь, открывая рот. В той самой беседке в кресле сидит хозяин в чёрном костюме, курит, выпуская дым в небо, а напротив него, за границами беседки, почти в клумбе, стоит Марк. Самое ужасное, что парень голый, в одних трусах. Один из охранников поливает его напором холодной водой из шланга, а второй держит на прицеле под дулом пистолета. Я в шоке от этой картины.
Еще больше в шоке от того, что Демьян Ростиславович просто курит, наблюдая за происходящим.
– Пойдём! – подталкивает меня Савелий.
Мы останавливаемся по левую сторону от хозяина, и я прекращаю дышать. В сторону Марка не смотрю. Мне холодно даже в спортивном костюме, а его обливают ледяной водой.
– Хватит! – кричит он. – Достаточно!
– Продолжайте! – равнодушно приказывает Демьян Ростиславович. – Он еще недостаточно трезв, – мужчина затягивается, поворачивает голову в мою сторону и выдыхает дым.
Мурашки по коже покалывают, словно это меня окатили холодной водой...
Глава 6
Демьян
Перелет дался тяжело, голова раскалывается. Старею, наверное, уже не так легко переносятся ночные рейсы. Плюнуть бы и остановиться, я достаточно заработал, у меня есть все и даже больше, я пресыщен жизнью.
Амбиции...
Да нет давно никаких амбиций, я их перерос. С возрастом понимаешь, что все это мишура и нет за ней ничего настоящего. Я бы и рад... Но только давно увяз в системе, и она меня не отпускает.
Войти в систему мне было нелегко, а выйти теперь невозможно. Здесь только одна дверь - на выход, напрямик в ад. Рай, к сожалению, таким, как я, заказан.
Разминаю затекшую шею. Устал. Закидываюсь анальгетиками. В пять утра уже светает. Водитель сигналит, но ворота не двигаются с места. Спят шакалята, мало я их дрессирую. Павел сигналит еще, уже настойчивее, и ворота наконец начинают разъезжаться.
– Останови здесь, пройдусь, – прошу Павла.
Пять часов сидел в самолете, все затекло. Навстречу мне из КПП вылетает Костик.
Сонный, хотя старается бодриться. Сукин сын. Я не важная персона, но охрана у меня на уровне президента. Потому что от жизни я, конечно, устал, но не настолько, чтобы с ней попрощаться. Хочется еще пожить.
У меня много врагов и завистников. Да и то, что творится за этими стенами, тянет на десятки статей. Это только с виду тихая усадьба с лошадьми и рощей...
– Доброе утро, Демьян Ростиславович.
– Доброе, Костик. Как спалось? – выгибаю бровь.
