"
"— Ты так и будешь загадками говорить, или нормально уже объяснишь? — машину в очередной раз качнуло, на бездорожье, да так, что разложенные прямо на коленях части пистолета едва не посыпались на пол. Каю пришлось замотать всё в белоснежную ткань и бросить грудой метала на заднее сидение.
— Девчонка эта. — Имени её не знаю.
— Да, я понял.
— Короче. Она дочь второй жены Аббаса. Отца Жамала. Там история душещипательная, не хочу копаться в дебрях, да это и не важно…
— Не родственные чувства? — перебивает Руслан брата, обо всём догадавшись.
— Именно.
— Бедная девушка. От одного психа к другому.
— Не полагайся на слухи, брат. Камаль для нас тёмная лошадка, но с ним в любом случаи встретится и поговорить нужно будет.
— А почему ты так уверен, что это всё-таки не его рук дело?
— Перестань, Рус. Я лично его не знаю, но общие знакомые у нас всё-таки имеются. Он об такое дерьмо как этот Селиванов и прочее, мараться не станет. У него охрана не хуже нашей, и сплошь криминал.
— А у тебя что? — Артур улыбается, но при этом продолжает внимательно следить за дорогой.
Фары не включены, чтобы не привлекать лишнего внимания, соответственно, нужно быть предельно сосредоточенным на дороге.
— Я местный — он нет! Камиль придерживается определённых правил находясь здесь. Не скажу, что и это всех устраивает, но поверь, у нас есть основания не развязывать с ними войну. Перестреляем друг друга, и всё на этом. И он, и я понимаем это. Поэтому каждый занимается своим делом, если пути пересекаются, через посредников находим альтернативу, или оба отходим.
— Я не пойму. А как это вы не знакомы лично, если такие дела проворачиваете? Почему через доверительных всё?
— Я в тюрьме, он не местный, всё наездами. Но теперь встретится придётся.
Руслан хотел задать брату ещё пару вопросов, но его отвлекла мелодия звонка. Увидев высветившуюся надпись на собственном смартфоне, Кай напрягается.
— Агата?
— Это я. — от тихого испуганного голоса Миры, у Руслана что-то ухает в груди.
— Что? — Кай здорово напрягся, даже сильнее прижал телефон к уху, боясь упустить даже слово.
— Она, с ума сошла. — срывается, сквозь всхлип.
— Врач укол сделала? — Рус старался сдерживать свой гнев. Не хотел напугать Мирославу ещё больше.
— Какой врач? — Кай, понимает, у Агаты снова был приступ, и Мира, стала этому единственной свидетельницей. — Та, что с утра мне успокоительное колола?! Её нет. Вообще, никого нет! Мне кажется, мы одни в доме.
— Блядь.
