Несколько последних дней пронеслись в каком-то диком тумане, и моя нормальная жизнь пошла кувырком настолько, что сейчас, сидя на ступенях и попивая пиво, я получал подлинное удовольствие от тихих размышлений, в то время как где-то в этом городе человека по фамилии Чацки разделывали на части. Жизнь вращалась вокруг меня в виде многочисленных резаных ран, удушений и расчленений, но в домене Декстера наступило «Время Миллера»[7]. Я приподнял банку в молчаливом тосте за сержанта Доакса.
Из глубины дома до меня донесся какой-то шум.
Вначале я услышал крики, а затем и визг, словно Рита только что обнаружила в ванной комнате стадо жуков. Входная дверь резко распахнулась, из нее выскочила Рита, заключив мою шею чуть ли не в удушающее объятие. Я выронил пиво и, задыхаясь, выдавил:
— Что?! Чего я такого натворил?!
Затем я увидел стоящих на пороге Астор и Коди. Детишки не сводили с меня глаз.
— Умоляю о прощении, — пролепетал я. — Клянусь, это никогда не повторится.
Рита продолжала визжать.
— О Декстер, — пробормотала она и заплакала.
Астор улыбнулась и сложила ладошки под подбородком. Коди просто смотрел, лишь изредка кивая.
— О Декстер, — повторила Рита.
— Умоляю, — прошептал я, безуспешно пытаясь захватить воздух широко открытым ртом. — Клянусь, что это чистая случайность, и я сделал не нарочно! Но что именно?
— О Декстер, — в очередной раз произнесла Рита, положила ладони на мои щеки и посмотрела на меня с ослепительной улыбкой, сопроводив ее потоком слез. — Ты, ты… Прости, но все вышло случайно, — шмыгая носом, продолжила она.
— Надеюсь, ты не планировал чего-либо особенного.
— Рита, умоляю, что происходит?
Ее улыбка становилась все шире и шире.
— О Декстер! Я… Это было просто… Астор надо было воспользоваться туалетом, и когда она снимала с крышки твою одежду, оно просто выпало на пол и… О Декстер, оно такое красивое!
Рита произнесла «О Декстер» столько раз, что я уже начал ощущать себя ирландцем, хотя по-прежнему не имел ни малейшего представления о том, что происходит.
Наконец Рита подняла руку.
Левую, на безымянном пальце которой сверкало прекрасное кольцо с бриллиантом.
Кольцо, принадлежавшее Чацки.
— О Декстер, — повторила она еще раз и уткнулась лицом в мое плечо. — Да! Ты сделал меня такой счастливой.
— Все в порядке, — негромко произнес Коди.
Скажите, что после этого можно сделать, кроме как принести свои поздравления?
Вечер прошел под знаком «Миллер лайт», восторгов и восклицаний о невозможности поверить в подобное счастье.
