— Голубой каранг, — объяснил я. — Очень сильная рыба.
Я наклонился, чтобы снять рыбу с крючка, но дотронуться до нее не смог. Изо рта рыбы стекала на мою чистейшую палубу тонкая струйка крови, что было немного огорчительно.
— Какая гадость! — воскликнул я. — Похоже, она заглотила крючок. Нам придется вырезать его.
Достав из черного пластикового чехла разделочный нож, я положил его на палубу.
— Будет много крови, — предупредил я Коди.
Я терпеть не могу кровь и не хотел, чтобы она запятнала мой катер. Пусть эта кровь и рыбья.
Я прошел чуть вперед, чтобы открыть шкафчик, где на всякий случай хранил старые полотенца.
— Ха! — услышал я за своей спиной и обернулся.
Коди взял нож, ударил им рыбину и стал с интересом следить, как та, извиваясь, пытается отползти от клинка. Мальчонка нанес второй удар. На сей раз он всадил лезвие глубже, целясь в жабры. На палубу хлынул поток крови.
— Коди…
Мальчик поднял голову и — о, чудо из чудес! — улыбнулся.
— Мне очень нравится ловить рыбу, Декстер, — произнес он.
Глава 10
К утру понедельника мне так и не удалось связаться с Деборой. Я звонил ей много раз, изучил мелодию в трубке и даже стал ее напевать. Дебора не отвечала. Это все сильнее действовало мне на нервы. Наконец появилась возможность выскочить из петли, которую накинул на меня Доакс, а для ее реализации я не продвинулся дальше телефона. Ужасно, когда ты зависишь от кого-то.
Но в число моих бойскаутских достоинств входят упорство и терпение. Я оставил сестре десятки сообщений, и они все были не только веселыми, но и остроумными.
Вероятно, сработал именно позитивный подход, поскольку Дебора мне все же ответила.
Я только что уселся за рабочий стол, чтобы закончить доклад о двойном убийстве. Ничего захватывающего. Единственное орудие убийства, скорее всего мачете, и пара моментов животной страсти. Первые раны были нанесены, когда обе жертвы находились в постели, видимо предаваясь страшному преступлению. Мужчина ухитрился поднять руку, но сделал это слишком поздно, чтобы спасти шею.
Женщина добежала до двери, прежде чем получить удар в верхний отдел позвоночника, оставивший веер кровавых брызг на стене рядом с дверью. Обычное дело из тех, что составляют значительную часть моей работы, но тем не менее крайне неприятное. В двух человеческих существах содержится очень много крови, и когда кто-нибудь вознамеривается всю ее выпустить, получается неприглядная картина, которую лично я нахожу глубоко оскорбительной.
