Книга Добрый убийца — читать онлайн бесплатно полностью

Когда директор вышел, Тулевич устало спросил:

— Что вы хотели бы, мри родные, услышать?

— Меня интересует все, — ответил Ерожин и, заметив удивленный взгляд хозяина кабинета, поспешил добавить:

— Все о господине Чакнава, убитом в зале театра во время спектакля.

— Мы с ним несколько раз беседовали в Новгороде, — начал Марк Захарович, предложив сыщикам занять кресла.

Массивная фигура режиссера, его проницательные глаза, манера общаться — все в нем Петру Григорьевичу сразу понравилось. Тулевич задумался, вспоминая свои встречи с горцем, поправил привычным движением руки свою гриву и признался;

— Анвар на меня произвел впечатление.

— Деньгами? — предположил Глеб и, заметив недовольный взгляд Ерожина, замолчал.

— Вовсе нет, родные мои. На денежные мешки я нагляделся, — не обращая внимания на иронию молодого человека, спокойно ответил Тулевич и задумался.

Петр Григорьевич не торопил, понимая, что собеседник ищет в памяти те штрихи, которые могут показать особенности характера убитого.

— Он тонко чувствовал театр, — начал Тулевич, собравшись с мыслями.

 — Мы с ним общались на одном языке. Согласитесь, что для работника банка, родненькие мои, это по меньшей мере редкость. Он даже музыку к спектаклю предложил. Представляете, посоветовал Стравинского! Ни больше ни меньше. — Тулевич взглянул на Ерожина и Глеба, как бы оценивая уровень интеллекта сидящих перед ним детективов. Михеев старался понять, но молчал, опасаясь ляпнуть что-нибудь не то, а Ерожин все понял.

— Вы хотите сказать, что Анвар был знатоком театра и музыки?

— Что-то вроде этого, роднуша вы мой.

Это был душевно тонкий человек и не профан в наших делах. Когда он взялся за Проскурину, я, грешным делом, подумал, что тут типичный провинциальный адюльтерчик. Богатенький дружок оплачивает свою пассию. Я видел Нателлу в ее шлягере. Кошмар! Пьеска Казимира Щербатого, родненькие мои, это мрак. Но и Нателла там мне не показалась.

Глеб просиял. Он сам был в ужасе от постановки, на которую попал, выслеживая Зойку Куропаткину.

И теперь обрадовался, что мнение профессионала и его сходятся.

— Ну вот что, родные мои, меня удивило, он не сразу решился финансировать постановку, — продолжал Тулевич. — Грузин отсидел все спектакли, где была занята Проскурина, и только после этого принял решение. У нас состоялся очень серьезный разговор. Он произошел сразу после того, как Анвар закончил изучать Проскурину на сцене. Я был поражен! — Тулевич замолчал и снова задумался.